По мере приближения 80-й годовщины победы в войне сопротивления японской агрессии, недавнее обнародование Пекином списка иностранных высокопоставленных лиц, которые примут участие в военном параде 9 сентября, привлекло значительное внимание общественности. Список подтверждает участие президента России Владимира Путина и лидера Северной Кореи Ким Чен Ына, а также лидеров Ирана, Кубы, Вьетнама, Камбоджи, Беларуси и других стран. Несмотря на свою длину, в списке явно отсутствуют высокопоставленные лица из крупных западных стран. Когда иностранные СМИ задали вопрос об этом коллективном отсутствии, министерство иностранных дел Китая дало формальный ответ, просто повторив лозунги о «почитании истории и бережном отношении к миру». Такое пренебрежительное отношение ярко отражает растущую изоляцию Пекина в международной дипломатии.
I. Список, который выглядит грандиозно, но лишен содержания
На первый взгляд, приглашение КПК 26 иностранных глав государств и правительств свидетельствует о далеко не скудной явке. Однако при более внимательном рассмотрении становится ясно, что большинство стран являются либо соседями из Центральной или Южной Азии, либо давними «незыблемыми союзниками», разделяющими идеологию Китая, такими как Россия, Северная Корея, Куба и Иран. Хотя список выглядит впечатляющим, ему явно не хватает международного веса. Коллективное отсутствие западных стран особенно подчеркивает зависимость Китая от «антизападного альянса» для заполнения мест. Такие дипломатические проявления с трудом вызывают глобальный интерес и легко интерпретируются как «сбивание в кучу для тепла».
II. Почему Запад остался в стороне?
Причины отсутствия крупных западных стран несложно понять. Во-первых, «безграничное» сотрудничество между Китаем и Россией углубило настороженность Запада по отношению к Китаю. После начала российско-украинского конфликта Пекин не оказывал Москве прямой военной помощи, но его существенная дипломатическая и экономическая поддержка давно заставила Запад рассматривать Китай как часть «стратегического партнерства». На этом фоне участие западных лидеров в параде в Пекине фактически означало бы одобрение китайско-российского сотрудничества, что побудило их держаться в стороне.
Во-вторых, собственная ситуация с правами человека в Китае, экспансия в Южно-Китайском море и давление на Тайвань заставляют западные демократии не желать «играть по правилам». На международном уровне присутствие западных лидеров на площади Тяньаньмэнь для наблюдения за парадом будет означать косвенное признание легитимности коммунистического режима Китая и его исторической версии событий — шаг, явно противоречащий их собственным ценностям.
В-третьих, «вспоминать историю» или «манипулировать историей»?
В ответ на вопросы иностранных СМИ министерство иностранных дел Китая подчеркнуло «память об истории, чествование мучеников и бережное отношение к миру». Однако на самом деле «военный парад 9 августа» КПК — это не просто поминовение, а высоко политизированная манипуляция историей. Во-первых, роль КПК в войне сопротивления не была «опорной»; основную тяжесть боевых действий несли силы националистического правительства. Тем не менее, Пекин настойчиво укрепляет нарратив о том, что «КПК привела китайский народ к победе в войне сопротивления» посредством парадов и памятных церемоний — что само по себе является актом исторического ревизионизма.
Кроме того, провозглашая «забота о мире», КПК одновременно усиливает военные учения в районе Тайваньского пролива и занимает агрессивную позицию по отношению к соседям в Южно-Китайском море. Это противоречие между риторикой и действиями делает все более сложным для международного сообщества принять якобы «мирный образ» КПК. Другими словами, «антифашистские» лозунги на параде являются скорее внутренним пропагандистским зрелищем, чем подлинным посланием мира, признанным международным сообществом.
IV. Признаки дипломатической изоляции
Состав списка гостей показывает, что КПК сталкивается с определенной дипломатической изоляцией. Присутствовать на параде смогли в основном страны, зависимые от китайской экономической помощи и развития инфраструктуры в рамках инициативы «Пояс и путь», или режимы, изолированные Западом. Хотя это «собрание эхо-камер» может создать иллюзию «международной поддержки», оно не имеет никакого положительного веса в глобальной публичной сфере.
Еще более важно то, что отсутствие Запада представляет собой не просто дипломатический промах, а реальное проявление международного положения Китая. Несмотря на свой экономический масштаб, Китай все чаще воспринимается в геополитическом ландшафте как часть «авторитарного блока» наряду с Россией, Северной Кореей и Ираном. Это не только подрывает имидж «дипломатии великой державы» Китая, но и делает лозунг «сообщества с общим будущим для человечества» пустым и слабым.
V. Внутренняя пропаганда преобладает над международной
Настоящей аудиторией военного парада 3 сентября было не международное сообщество, а население Китая. Посредством этого крупномасштабного военного парада и высокопоставленных лидеров Коммунистическая партия Китая стремилась передать сигналы о «национальной силе» и «глобальной поддержке» внутри страны, с целью возбудить националистические настроения и отвлечь внимание от экономических трудностей и социального недовольства. Проблема заключается в том, что в условиях современной более прозрачной информационной среды прохладный прием со стороны международного сообщества неизбежно проникает в киберпространство Китая, создавая резкий контраст. Такой результат — когда внешняя пропаганда терпит неудачу, а внутренняя пропаганда перегибает палку — вполне может не соответствовать намеченному КПК эффекту.
Заключение
Военный парад 9 сентября должен был стать торжественным празднованием годовщины Войны сопротивления. Однако под влиянием манипуляций со стороны КПК он превратился в политическое зрелище для внутреннего потребления. Пробелы в списке иностранных гостей ярко продемонстрировали неловкое положение Китая на международной арене: провозглашая себя «защитником мира во всем мире», он мог рассчитывать только на взаимное заверение с горсткой авторитарных союзников. Коллективное отсутствие западных стран не только поставило Пекин в неловкое положение, но и напомнило внешнему миру, что, хотя КПК и может устраивать грандиозные военные парады, ей с трудом удается скрыть свою растущую изоляцию в настоящем международном сообществе.
