О взрослении

Социальный процесс может быть понят как накопление и передача опыта от одного поколения к другому. Непрерывность этой преемственности — условие социальной жизни. При этом образная экспрессия в высказывании о том, что каждое поколение детей подобно варварскому нашествию, которое взрослые должны цивилизовать, не беспочвенна.

Процесс взросления, тем более процесс взросления, понимаемый как процесс успешной социализации, не есть нечто само собой разумеющееся. Более того, подчас мы даже не осознаем всю грандиозность социального механизма, сформировавшегося исторически с целью инвестировать в новых людей, в людей, создающих будущее. Не говоря уже о том, что человек как человек культуры — очень дорогостоящий социальный продукт, а все идеи, касающиеся его формирования, с древнейших времен составляют мощнейший пласт научных знаний — от педагогики до медицины и философской антропологии.

Вот почему „ приходящий в мир новый человек, по сути, с рождения опутан сетью социальных ожиданий — совершенно, разумеется, обоснованных, с которыми он может гармонизироваться в процессе взросления и которые может отрицать в силу личной предрасположенности. Насколько может быть морально оправдана обособленность, напоминающая дезертирство, — отдельный вопрос.

В свете того, что современный человек даже рождается при участии большого количества людей — от строителей роддома до медицинского персонала и преподавателей медицинских вузов, эскапизм отнюдь не выглядит как лучший выбор. Чтобы уйти в отшельники, человек прежде должен подняться на соответствующую ступень личного развития благодаря социальным достижениям предшествующих поколений.

Активная вовлеченность в социальную жизнь, социальный склад темперамента — при этом черта, необходимая личности для успешной самореализации в ряде профессий, на обучение которым государства тратят большие деньги: финансирование образования — часть заботы об устойчивом развитии.

В то же время даже без специальных социологических исследований очевидно, насколько современная российская молодежь испорчена узкосемейным эгоизмом, питающим инфантильность: «Моя хата с краю» и все такое. На первые курсы вузов приходят вчерашние старшеклассники, чей кругозор ограничен пространством детской комнаты, а мир населен исключительно розовыми пони.

Вопрос о том, что в наши дни формирует инфантильность у молодых людей (будем исходить из принятого определения молодежи как людей в возрасте до 35 лет), таким образом, можно назвать обсуждением национальной значимости. Бесспорно, молодое поколение не бывает плохим. Оно становится таким, каким его делают взрослые.

Достаточно не проявлять необходимой заботы о нравственном состоянии юношества, но при этом поощрять его, давать ложные надежды, культивировать чувство личной уникальности на пустом месте (как это делает, например, учитель в школе, чтобы не «нарываться» на конфликт с претенциозными родителями), и вы получите развращенных хамов и инфантильных эгоистов, некомпетентных ни в чем и при этом убежденных в своем праве на статус «сливок общества».

Противоположностью инфантильности, очевидно, является личная (ментальная, духовная) зрелость. И хотя, представляется, уточнение ее смысла излишне, тем не менее, учитывая, что данный текст может попасться на глаза и «юноше, обдумывающему житье», бегло обозначить самые значимые из проявлений взросления и личной зрелости не будет лишним.

Созреть — это как Как минимум зрелость предполагает способность к самоконтролю; способность адекватно воспринимать критику и внутреннюю честность; способность встраиваться в иерархию и уважать заслуги других людей; способность самостоятельно принимать решения и нести ответственность за других, выстраивать баланс между автономией и кооперацией. И что самое важное.

„ Взрослый человек, в отличие от беспомощного ребенка, способен к самоотдаче. Взрослому есть что отдавать, чем поделиться, кроме эмоций. Ребенку все должны, взрослый — берет на себя обязательства.

Уход от детской модели поведения подразумевает также способность поставить себя на место другого человека и понять его чувства и мотивацию. Так, возрастная потребность сепарироваться часто толкает подростка быть беспощадным к чувствам родителей. По-настоящему взрослый человек относится бережно к чувствам близких и к их душевному благополучию. Более того. Человека можно назвать окончательно повзрослевшим, когда он занимает место родителя не только по отношению к собственным детям, но и по отношению к пожилым родственникам, начиная их опекать в той сфере, в которой обладает ресурсами. В конечном итоге принципы аристократической личной этики вполне согласуются с образом зрелого человека, умеющего «на мир взглянуть поширше, к людям относиться помягче, от себя требовать пожестче». Следовать такой этике может только самодостаточная, самостоятельная, опирающаяся прежде всего на себя личность.

В бытовом контексте все это означает довольно простые вещи. Например, отказ от инфантильного ожидания, что прилетит вдруг волшебник в голубом вертолете и бесплатно покажет кино, является условием личного прогресса.

Как только вы осознаете, что никто вам не поможет, кроме вас самих, у вас возникает та самая свобода выбора: действовать или бездействовать, совершать выбор или нет.

Поток жизни

Один из возможных ответов, бесспорно, может быть таким: поток жизни не всегда совпадает с человеческими попытками управлять им с помощью рациональных схем, жизнь сложна в ее бесконечном становлении, и важно понимать, что не существует не устаревающих знаний, окончательных решений и раз и навсегда установленных правил. Следующие антиномии, к примеру, помогут прояснить сказанное:

нужно быть верным. И в то же время не быть идиотом, чтобы похоронить свое сердце;

нужно быть ответственным, но не брать на себя больше, чем можешь вынести;

нужно уметь грести против ветра, но понимать, что не все от тебя зависит;

в одних случаях нужно суметь уйти, в других — остаться;

в одних — промолчать, в других — высказать, что ты думаешь.

Вся сложность в том, что универсального руководства для решения — когда именно, не существует. Для каждого человека этот момент так же уникален, как рисунок на отпечатке пальцев. Ясно одно. Для нахождения верного способа действовать в условиях неопределенности, в которой как раз и разворачиваются самые плодотворные жизненные возможности, человек должен уметь мыслить критически и оригинально, точно определяя момент, когда сформированные предшествующими поколениями решения перестают быть эффективными.

Личная автономия

Не находя опор в чужом опыте, человек берет ответственность за поступки в соответствии с личным видением жизненных целей. Ответственность в этом контексте может быть определена как способность видеть отдаленные последствия своих действий, заглядывать в долгосрочную перспективу. Это становится естественным при осознании своей жизни как уникального проекта, а не прохождения кем-то проложенного до тебя маршрута.

Показательно, что в социальном плане быстрее прогрессируют подростки и молодые люди, знающие, чего хотят от жизни, и имевшие возможность воспринять подобную жизненную стратегию от значимого взрослого. Ведь если ты не знаешь, куда направить свой парус, никакой ветер не будет тебе попутным. Автономия не значит атомизация

Автономия как принцип личной этики выходит на первый план в эпоху эллинизма, после утраты Афинами политической независимости, и в этиках эпикурейцев, киников и стоиков на основе разных аргументов дополняется автаркией (самодостаточностью) и бесстрастием. Это ключевая триада архаических рецептур достижения счастья как эвдемонии, в основе которой лежит эвтюмия — бестревожность.

В условиях информационных войн и тотального позиционирования сознания, когда на человека выливаются потоки самого разного контента и зависимость от него становится болезнью, сложно говорить об абсолютной автономии сознания. Однако постольку, поскольку в основе отношений индивида и коллектива, Я и Другого лежит диалектика части и целого, а баланс между ними и является предметом этики, обойтись без хотя бы поверхностного рассмотрения возможных границ автономии невозможно. Тем более при переходе в этический дискурс (из обыденного и психологического) это самый подходящий термин для выражения интересующего нас смысла.

Автономность означает самозаконность — ключ к принятию самостоятельных решений. В своей моральной философии Кант использует именно понятие автономии, рассматривая духовную свободу как условие «самозаконного» следования долгу. При этом точно так, как независимость не равна индивидуализму, автономия не то же самое, что атомизированность.

Автономный человек изначально имеет навык быть частью целого, семьи или любого другого коллектива. Он не утрачивает интереса к другим, умея отделять свои потребности и жизненные цели от чужих.

Ценность общения возвращает его в сообщество. Ситуация атомизированного человека исключает проявление автономии как осознанного опыта, так как целое и возможность взаимообмена с ним не усматривается как данность. Иными словами, самоосуществление атомизированного индивида происходит вне диалектики части и целого.

Отсутствие реального физического и эмоционального контакта в виртуале формирует у него ложное чувство безопасной обос