Левашовский мемориал. Фото: Алексей Душутин / «Новая газета».
Этот материал продолжает цикл статей социолога Алексея Семенова-Труайя о феномене коллективной памяти. В архиве Мемориального музея “Возвращенные имена” хранится папка с надписью “Cемейные интервью. Проект восстановления биографий репрессированных”. Внутри – сотни часов записей разговоров с потомками жертв сталинских репрессий. Пожилые люди делятся своими семейными легендами и замолчанными тайнами. Проект начался как исследование. Сотрудники музея пытались понять, как передаются травматические события в семье. Прошло несколько лет и методика работы с семейными нарративами стала использоваться для коррекции исторического сознания.
История науки знает немало примеров неожиданных трансформаций. Социальные сети, задуманные как способ сближения людей, превратились в инструменты поляризации общества. Превращение методов изучения памяти в технологии ее управления имеет особую природу. Изучая механизмы памяти, мы получаем возможность управлять ею.
Семейная память имеет свою анатомию. Исследователь изучает, как формируются нарративы о прошлом, как травматический опыт превращается в семейную легенду. Технология молчания, передача травматической памяти через молчание, играет важную роль. Американский социолог Марк Эдель выявил, что дети жертв геноцида узнавали о прошлом не из прямых рассказов, а из намеков и семейных ритуалов.
Понимание механизмов позволяет использовать их для управления памятью. Изменение информационного фона, подача новых акцентов влияют на семейные нарративы. Семейная память корректируется в режиме реального времени. Через изменение контекста прошлого удается влиять на формирование коллективной памяти.
Эволюция контент-анализа стала инструментом для создания пропаганды. Сравнительный анализ работы с прошлым развивается в технологию международного воздействия на политику памяти стран. Понимание термодинамических параметров социальной системы при использовании методов управления памятью позволяет точно регулировать давление в системе.
Мария Степанова показала, что в случае разрушения традиционных способов передачи памяти люди вынуждены изобретать новые методы. Гибридные нарративы, основанные на фактах и художественном вымысле, легко корректируются через изменение контекста интерпретации.
Трансформация методов изучения в методы воздействия ставит перед исследователями этические вопросы. Демократизация процесса изучения памяти позволяет гражданам стать соисследователями собственной коллективной памяти. Понимание механизмов функционирования памяти перестает быть привилегией специалистов, становясь общественным достоянием.
Трансформация методов изучения памяти в методы воздействия неизбежна. От нас зависит, как мы будем использовать это знание. Превращение диагностики в терапию неостановимо. Важно понять, каким образом мы хотим использовать возможности управления памятью.
