Современный мир переполнен драматическими событиями: там стреляют, тут бомбят, вот еще одно вторжение, а за ним очередная война, и так по кругу. Где-то на втором плане всей этой турбулентности время от времени, но в последнее время все чаще и чаще мелькают упоминания Кубы — острова, который в восприятии одних россиян овеян романтическим революционным ореолом, тем, где с плакатов браво смотрят команданте Че и молодой Фидель, а у других ассоциируется с отдыхом на золотых пляжах Варадеро.

Острова, который после январских событий в Венесуэле оказался в жесточайшей экономической блокаде и население которого в последние месяцы живет в чудовищных условиях. Вернее, выживает. Что сегодня происходит на Кубе, почему оно так происходит и как может разрешится, мы поговорили с журналисткой и экспертом по современной Латинской Америке Екатериной Базановой.

— Екатерина, в последнее месяцы мы оказались в таком новом мире, где у американского президента сначала возник пламенный интерес к Венесуэле, потом к Ирану, но на задворках иранской истории в последнее время стало все чаще и чаще мелькать: Куба, Куба, Куба. Это нам просто кажется или действительно какая-то часть американской администрации все серьезнее присматривается в том числе и к тому, чтобы что-то эдакое сделать и на Кубе?

— Все дело в том, что впервые с семидесятых годов прошлого века в администрации американского президента на самых высоких позициях есть такой человек, как Марко Рубио, который абсолютно все свои силы бросает на регион Латинской Америки. Но в первую очередь его интересует Куба. То есть это не случайность и не какое-то отвлечение внимания, а часть огромной серьезной стратегии. Во всем этом задействовано много ресурсов, и поставлена цель полностью взять регион под контроль. Много десятилетий все ограничивалось лишь какими-то заявлениями в схожем направлении, но теперь мы видим сразу очень много разных активных кампаний — и медийных, и силовых.

Сейчас на самом деле для американской администрации очень удачный момент. Почему? Потому что у нас на континенте в последние десятилетия всё постоянно качается то влево, то вправо, то снова влево, то опять вправо. Все страны максимально разные. В Европе всем кажется, что у нас тут всё одно и то же. На самом же деле условная Боливия похожа на Аргентину так же, как Германия похожа на Великобританию. Да, есть общий язык и общая колониальная история, но у всех есть свои весьма фундаментальные особенности.

„Но сейчас практически у всех маятник качнулся вправо. И сегодня в регионе нет ни одной страны, которая действительно была бы готова противостоять Соединенным Штатам хоть каким-то образом.

Если мы говорим про двух тяжеловесов, то мы говорим про Мексику, которая сейчас абсолютно погружена в свои проблемы с организованной преступностью, и это самое главное, что ее сейчас занимает, и мы говорим про Бразилию, в которой в октябре президентские выборы, и президент Лула хочет переизбраться на четвертый срок, и больше ничего его не интересует. Поэтому даже эти две огромные страны, которые и так никогда бы не решились на какое-то военное противостояние с Соединенными Штатами, сейчас внутри себя заняты совсем-совсем другими проблемами, и ни о какой Кубе в принципе не думают.

Что стало понятно после случившегося в Венесуэле? Стало очевидно, что Кубу никто не будет защищать. Китай вообще ушел в сторонку, потому что для него всё тут в регионе исключительно про бизнес-интересы, и он не готов хоть как-то тут противостоять Соединенным Штатам. Но в последнюю неделю мы все больше всего тут следили за тем, дойдет или не дойдет до Кубы танкер с российским топливом, шедший под флагом Гонконга: так проявился хоть
какой-то интерес России ко всей этой истории.

— Дошел?

— Нет. Какой-то официальной информации о том, что он идет именно из России и именно на Кубу, в принципе и не было, но было много утечек и косвенных данных. Впрочем, весьма убедительных. Эксперты рассчитали его курс и полагали, что если он дойдет, то это произойдет приблизительно в понедельник на этой неделе. Кстати, топлива на нем должно было бы хватить где-то на десять дней обеспечения на Кубе хоть каких-то потребностей.

„Но в прошлую субботу Соединенные Штаты внесли Кубу в запретный список для поставок любого российского топлива. И тут же корабль сменил курс и куда-то ушел. Куба ничего не получила. А в стране сейчас ситуация совершенно чудовищная.

— Правильно ли говорить, что Куба сейчас находится в тотальной блокаде, которая касается не только энергоносителей, но и продуктов, и лекарств, и всего на свете? Как это сказывается на кубинцах?

— Кубинское население, практически все десять миллионов человек, сейчас оказались между молотом и наковальней. Молотом жесточайшего дефицита всего и наковальней репрессий. Да, это тотальная блокада. На Кубе давно и в хронической форме существуют проблемы с едой, с подачей воды, с электричеством, с транспортной инфраструктурой. Это все накапливалось десятилетиями, и только слегка тут и там подлатывалось. Главные доходы давал туризм, который сейчас превратился в ноль. Туда в принципе теперь не летают самолеты, равно как и оттуда. Когда в 1959 году победила кубинская революция, вся старая экономическая модель, основанная на поставках сахара в США, схлопнулась. Та модель, которую установил режим Кастро, всегда работала в полной зависимости от поставок практически всего необходимого из-за рубежа. Сначала это был Советский Союз, который в первую очередь питал Кубу своей нефтью, получая взамен возможность поддавливать на Соединенные Штаты в ста пятидесяти километрах от Майами. Советская нефть давала электричество. На Кубе семь электростанций, они все тепловые, все они были спроектированы и построены Советами. Советский Союз привозил туда и дизельное топливо. Весь кубинский общественный транспорт работает на дизеле, как и абсолютно вся сельскохозяйственная техника. От того же электричества зависит и подача воды, и все коммунальное хозяйство. То есть практически вся жизнь была завязана на бесперебойности поставок энергоносителей извне.

Когда рухнул Советский Союз, Фидель Кастро начал искать ему какую-то замену и нашел ее в лице Уго Чавеса. И с прихода Чавеса к власти до самого последнего времени, до января этого года, Венесуэла бесперебойно поставляла на Кубу нефть, получая взамен механизм удержания власти террором и силовую поддержку. В девяностые годы инфраструктура еще не была в таком ужасном состоянии, как сейчас. Но постепенно все ветшало и разрушалось.

„Поэтому сейчас Куба — это такой очень пожилой человек с огромными хроническими проблемами примерно всего организма, которому в один день отменили все медикаменты. В результате только за последнюю неделю там было два полных блэкаута, там полностью пропал свет. В городах не вывозится мусор, там все им практически полностью завалено. Люди сидят без воды по несколько недель. Раз или два в неделю по районам проезжают машины с цистернами, где можно ведрами хоть сколько-то воды себе набрать. Эту воду надо кипятить, чтобы ее пить и на ней готовить. Но еще же надо мыться, туалет смывать… Свет появляется буквально на несколько часов, и это если очень сильно повезет. Транспорта общественного нет вообще. То есть вообще, абсолютно не на чем ездить. Страшно представить, что происходит, например, в тюрьмах.

— Или в больницах…

— В больницах коллапс полный. Все несрочные операции откладываются, и откладываются, и откладываются. В страшном положении электрозависимые пациенты, те, кто на диализе или на иных формах поддержания жизнедеятельности. Ситуация чудовищная абсолютно. При этом очевидно, что администрации США абсолютно все равно, сколько кубинцев умрет от голода или от неоказания медицинской помощи. На Кубе, кроме всего прочего, еще и чудовищный дефицит любых медикаментов, многие люди признаются, что они там не видели антибиотиков по несколько лет. Больше всего сейчас страдают самые обычные люди. Чем дальше ты от правительства, чем более ты простой человек, тем тебе сегодня хуже. А правительству, режиму сегодня важно только то, чтобы удержаться у власти. Им тоже абсолютно все равно, что происходит с людьми.

„Самая последняя капля дизеля будет потрачена не для людей, а на полицию, на военных и на репрессивную машину, которая должна подавлять любое восстание. Больших восстаний, впрочем, никто особо не ожидает, хотя дней десять назад кто-то разгромил один из офисов Кубинской Коммунистической партии в одном из региональных городов. Очевидно, что люди в отчаянном состоянии.

— В 2021 году люди от такого же отчаяния вышли на улицы и были жестоко подавлены. Можно ожидать, что это хоть в какой-то форме повторится, учитывая выросший после тех событий страх репрессий? И как мы вообще узнаем, что кто-