Массовые протесты в Иране, 10 января 2026 года. Фото: Zuma \ TASS.
По данным правозащитных организаций, за последние две недели в Иране погибло более 500 человек, более 10 тысяч арестованы. Оценки масштабов репрессий различаются в различных источниках не в процентах, а в разы. Иногда и в десятки раз. Но проверить это невозможно. За последние три дня поток информации из Ирана сократился примерно в пять раз. Многочисленные сообщения о блокировке спутникового интернета в Иране — дезинформация. Нет средств радиоэлектронной борьбы, способных блокировать сигналы спутника у иранских военных и КСИР (Корпус стражей исламской революции).
Можно лишь на короткое время замедлить установку точного местоположения прибором и активация “Старлинк” при удачном стечении обстоятельств может затянуться даже до часа. Но затем он будет работать с обещанными производителем параметрами. Илон Маск активировал специальный режим терминалов спутниковой связи “Старлинк” для политической поддержки оппозиции. Таких терминалов в стране множество. По данным сервиса “Старлинк”, отслеживающего количество активированных терминалов по всему миру, 9 января ночью по всей территории Ирана работало 36 терминалов Илона Маска.
Но это, конечно, не способно заменить выключенный по всей стране интернет. Источники прямо из густонаселенного пригорода северного Тегерана сообщили 10 января, что в городе отключены как кабельные, так и мобильные сети. На основании сокращения видеопотока за последние три дня можно отметить значительное уменьшение протестной активности. Однако ее основной индикатор — действительно, отключение интернета.
Это чрезвычайное положение. Кроме того, в подавлении волнений участвует Корпус стражей исламской революции. Это также важный момент серьезности ситуации, как признак важнее статистики. Третий ключевой показатель масштабов волнений — количество убитых правоохранителей и военных. Агентство “Тасним” опубликовало список (оппозиция считает его не полным) погибших сотрудников полиции, прокуратуры, судов, КСИР и “Басидж” (“народной милиции”) в разных провинциях с 28 декабря.
В списке 115 имен, причем инциденты распределены по всей стране достаточно равномерно. Это уникальное число, как минимум за последние четверть века. В большинстве случаев участники демонстраций не вооружены и убивают полицейских средствами под рукой. Однако протестующие никогда не останавливались перед вооруженным насилием и убийствами. Чаще всего смертные приговоры после подавления беспорядков выносились именно по обвинению в участии в убийствах и вооруженном нападении.
Установившись у власти, муллы учредили Корпус стражей исламской революции и еще более жестокие, не ограниченные никакими рамками спецслужбы, чем располагал шах Пехлеви. За 45 лет они уничтожили всю организованную оппозицию. В настоящее время в Иране нет политической силы, способной возглавить волнения. В эмиграции у оппозиции нет альтернативной программы на случай колебания режима аятолл. Она не имеет популярной программы действий, выраженной в простых лозунгах, объединяющих протесты.
Хотя критика российских наблюдателей над усилиями наследного принца Пехлеви — это недопонимание. Иранисты видят эту ошибку, но их голос не слышен. Фактически за последние годы в Иране неоднократно проводились опросы за рубежом, по результатам которых Реза Пехлеви оставался популярным символом оппозиции. Однако Пехлеви, набирающий до трети голосов в опросах и опережающий многих влиятельных общественных деятелей-клерикалов, — всего лишь символ противостояния духовенству, а не реальный политик, на которого возлагаются надежды иранцев.
Чтобы стать политиком и вступить в борьбу за власть, ему нужно сформулировать понятный лозунг, отражающий интересы большинства населения. Массовые протесты в Иране. Фото: Zuma \ TASS.
В 1917-1920-х годах в России был призыв “Земля — крестьянам!”, который был достаточен для привлечения на сторону большевиков 90% населения Российской империи. В то время как простой лозунг “Смерть аятолле” все-таки мало для Ирана. Политикам нужно придумать что-то простое и фундаментальное. Пехлеви вполне может вернуться в Иран в качестве единого символа. Как флаг, герб и himn, без фактической власти, но напоминающий, что все вокруг — иранцы. Конституционный монарх в такой патриотической роли он широко используется. Тогда половина населения не иранского происхождения может простить ему азиатские репрессии отца, включая традиционные пытки и расстрелы (особенно учитывая, что нынешняя Исламская Республика крайне жестока).
Однако действительной силы, способной объединить разнообразные лозунги оппозиции и бороться за власть внутри Ирана, пока нет. Поэтому действующие власти приведут Иран к полной уничтоженности, и против них выступят все слои населения одновременно. Ведь за инфляцию на уровне 40% отвечает Центробанк Исламской Республики, а не Израиль. Неспособные управленцы легко разрушат страну и без каких-либо санкций.
Я думаю, что бунт будет скорее подавлен, как это уже было ранее, чем сможет свергнуть режим. Однако новые волнения неизбежны в будущем. И пики протестной активности на графиках будут все более высоки и остры. Россия, конечно, заинтересована в сохранении врага Запада в виде Тегерана. Но даже без иранского оружия Москве будет легко обойтись, если что. Иран не является стратегически важным партнером для России, отношения с которым существенно влияют на ее стабильность.
К таким странам можно отнести главных потребителей углеводородов и поставщиков сложного оборудования — прежде всего Китай и Индию. В то же время Иран отвлекает ресурсы противников Москвы в глобальном противостоянии. К сожалению, исчезновение режима аятоллы окажет определенное влияние на военно-политическое положение Москвы, однако не такое, как надеются ее противники.
