Содержимое данного материала (информация) было разработано, распространено и (или) направлено иноагентом, интернет-изданием «Новая газета», или касается деятельности иностранного агента, интернет-издания «Новая газета» Андрей Александрович Шабанов, 1980 года рождения, Исправительная колония № 10 (ИК-10), Федеральная служба исполнения наказаний России по Самарской области почему это важно Андрей Шабанов был приговорен к шести годам общего режима в колонии строгого режима зимой 2025 года по статьям “призывы к терроризму” и “деятельность против государственной безопасности” в своих публикациях в социальных сетях. Военный апелляционный суд оставил приговор без изменений, после чего в апреле музыканта, страдающего кожными и спинными заболеваниями, перевели в ИК-10 Самарской области. В колонии Шабанов пожаловался на угрозы со стороны заключенных и жесткие условия содержания. Возможно, худшее, что может произойти с человеком, это стать равнодушным ко всему, что происходит внутри него и вокруг него. Но эта апатия возникает из потери веры во все хорошее. Человек может обратиться в горького против всего мира и выбрать этот путь. Но когда ты не готов выбрать сторону зла, даже когда находишься на самом дне… А в то же время все, на что ты надеялся, не сбывается, и в тот момент кажется, что ты умираешь внутри. Нечего удерживаться. Все, что ты сделал, оказалось напрасным. И ты понимаешь, что внутри тебя образуется пустота. Это делает тебя очень беспокойным, это становится по-настоящему пугающим. Отчаяние — это самый мучительный этап осознания того, что ничего нельзя уже изменить. Вернувшись к самому началу, когда меня опустили до статуса “обидчика” [дословно — целевого заключенного в уголовной системе — Прим. ред.], я думал, что массовые жалобы, моя инвалидность, общественное возмущение и настойчивость заставят надзорные органы исправить мою ситуацию. Но уже прошли месяцы с момента отправки более двухсот жалоб, визитов комиссий, прокуратуры и общественной наблюдательной комиссии (НК) — и ничего не происходит. Весь этот процесс — это система, созданная для уничтожения личности, система унижения. Всё пропитано коррупцией, паутиной взаимной защиты, где каждый причастен. Никто не намерен сделать что-либо.Сегодня 17 сентября 2026 года. Я недавно прощался со своей мамой после длительного визита. Около 16:00 появился представитель Федеральной службы исполнения наказаний (ФСИН) в результате обращения моего адвоката. Было проведено интервью. Но я понял, что это всё лицемерие. Вопросы были селективными, сформулированы таким образом, что ответы уже были предопределены самой системой. Они также допрашивали нескольких людей из моего подразделения, задача которых — подставить меня и изъявить клевету. Эта система не имеет намерения решить мою проблему.Обратившись к генералу ФСИН, который не может решить проблему, кто тогда сможет? Я понял, что всё бессмысленно. Я понял, что мне суждено быть отбросом со всеми вытекающими последствиями все эти годы. Годы! В моем состоянии и в состоянии моей мамы. Мама — моя единственная и самая дорогая для меня личность. Как трудно ей видеть то, что происходит с ее единственным сыном.Мама, ты этого не заслужила. Тебе это так трудно, труднее, чем мне, я знаю. Прости меня. Надейся на лучшее, но я больше ни на что не надеюсь. Мы виделись совсем недавно, и ты видела в каком ужасном состоянии я нахожусь. Ты видела мои слёзы и мое состояние души. Подавлен и сломлен. Ты видела, как я изменился, сколько я похудел. Я угнетен, разбит отчаянием.Мама, ты по-прежнему моя путеводная звезда и мой маяк. Ты — светильник во тьме, который должен помочь мне продолжить — отбывать этот срок все эти годы. Но я боюсь, что даже этого не хватит. Система подавления и унижения бьет так болезненно. Я боюсь, что не вынесу этого. Я жив, по одной причине — остаточный кусочек веры, что что-то еще может случиться. Что что-то хорошее произойдет. Я знаю, что это звучит как чистая фантазия, но может быть, мой последний шанс не полностью угаснуть — это надеяться нато, что произойдет обмен российских политзаключенных на страны ЕС. Обмен. Это единственное слово греет меня и удерживает мой разум в фокусе. Мне тошно от мысли, что это может не случиться. Может ли эта опция действительно не осуществиться?
Самое ужасное, что может произойти, если человек потеряет веру и надежду, и станет равнодушным к тому, что происходит вокруг и внутри него. Я боюсь потерять веру в человечество, в мир. За эти годы заключения меня разочаровали многократно — друзья, судебная система, мой адвокат. Даже сейчас остается это чувство уязвимости. И все же я продолжал надеяться на что-то. На это неопределенное что-то, что спасло бы меня.Сейчас положение не может быть хуже. Я жив, и я хочу жить. Я хочу приносить радость людям; я музыкант, хотя и теряю навыки. Я не вижу другого выхода, кроме как быть включенным в группу обмена заключенных. Я хочу разорвать эти страницы; я понимаю, что пишу наивные чепухи. Но где-то глубоко внутри все еще искрится та крошечная надежда, названная “а вдруг”. Вдруг это не безумие? Вдруг это действительно возможно? Вдруг есть люди, которые могут организовать спасение российских политических заключенных, находящихся в тяжелом положении — инвалидов, пожилых, отбросов? Помогите нам!» Дмитрий Муратов* показал фото политзаключенного Андрея Шабанова на канале CNN, призывая западных дипломатов и политиков добиваться освобождения российских политзаключенных. *Минюст РФ включил в реестр иноагентов.