В середине октября все внимание мира было приковано к Израилю и сектору Газа — оттуда на родину возвращались последние 20 оставшихся в живых заложников из числа захваченных 7 октября, во время нападения ХАМАС на южные территории Израиля.

Драматургия события была выстроена с театральной выразительностью: последние заложники пересекали границу еврейского государства с террористическим анклавом в то время, когда приземлялся самолет президента США Дональда Трампа.

Рассказываем о том, как ждали, как встречали, что говорили и думали в Израиле в эти дни и за два года войны.

Тысячи израильтян на “площади Заложников” в Тель-Авиве ждали освобождения соотечественников.

Их привезут сегодня в Иерусалим, раннее утро 13 октября. Женщина в старомодном головном уборе на парковке большой больницы в Израиле сидит, облокотившись на капот своей машины и уткнувшись в телефон, из которого доносятся звуки прямого телеэфира.

Подъезжает другая машина, из нее выходит еще одна дама. На обеих — бейджи с логотипом больницы. Первая дама инстинктивно поднимает глаза на звук хлопнувшей двери, и взгляды обеих встречаются. Приехавшая без приветствия сразу переходит к делу.

— Что там, что происходит?
— Они уже в машине “Красного Креста”.
— Господь Всемогущий.

Пауза. Дама с телефоном поднимает глаза на собеседницу, ее голос дрожит:
— Их привезут сегодня, представляешь?
— Мне не верится прям.
— Как сегодня работать-то вообще?
— Невозможно сегодня работать!

“Они” — это заложники, последние 20 оставшихся в живых израильтян, которые были захвачены 7 октября 2023 года ХАМАС во время нападения на южное приграничье Израиля и удерживались в плену в секторе Газа почти ровно два года.

А с точки зрения еврейского календаря — не почти, а ровно два. Они были захвачены в день праздника Симхат Тора и освобождены в тот же праздник два года спустя.

В этот день кончается годовой цикл чтения Торы, в последней главе которой Моисей умирает на горе Нево перед входом в Землю Обетованную, и со слов “В начале создал Бог небо и землю” начинается новый год.

Понятно, что в обоих случаях под эту дату подгадывали. В первом случае — террористы, желавшие помимо военного нанести израильтянам еще и психологический удар. Во втором — поспешившие к особому дню освободители.

Символизм происходящего в обоих случаях произвел впечатление даже на нерелигиозных евреев. Религиозные же, в соответствии с канонами, устраивали вечером того дня в синагогах танцы со свитками Торы вокруг бимы (возвышение посреди синагоги, с которого выступает раввин и читают Тору со свитка), а затем выносили священный пергамент на улицу и кружились в танце там — дети, взрослые, пожилые; в одной из синагог иерусалимского района Нахлаот я своими глазами видел уже седого господина, весело и аккуратно кружившего в танце престарелого отца в инвалидной коляске.

Симхат Тора у евреев всегда проходит громко и радостно, с танцами на всю ночь, но в этот раз веселье носило какой-то яростный, невиданный до сих пор оттенок; танцующие как будто впервые за два года давали себе волю вдоволь оторваться.

У светских израильтян были свои ритуалы. Еще ночью они собрались в Тель-Авиве на площади перед театром “Абима”, два года назад переименованной в “площадь Заложников”, чтобы на большом экране следить за возвращением из плена. Некоторые и не уходили с момента выступления там архитекторов освобождения и победной сделки — Стивена Уиткоффа и Джареда Кушнера.

“Мы пришли на площадь Заложников в Тель-Авиве к 10 утра, чтобы разделить со всеми радость от этого волнительного дня. Людей было много, но спокойно можно было передвигаться и видеть сцену и экраны на ней,” — рассказал мне журналист Тимофей Дзядко, побывавший на манифестации.

“Первое впечатление — вообще нет привычных россиянам полиции и металлоискателей, все организовано силами волонтеров. Трансляция новостей и разговоров с заложниками и их родственниками на экранах перемежается песнями. Все вместе волнуются за то, чтобы заложники добрались до дома целыми и невредимыми, и радуются каждому кадру освобожденных ребят, которые уже стали как родные за эти два года. Второе впечатление — какая-то нереальность происходящего: со сцены виден экран, на одной стороне которого самолет Трампа приземляется в аэропорту Бен-Гурион, а на второй — одновременно с этим первая партия наших заложников пересекает границу Газы и Израиля. А уже когда мы уходили, мы увидели у нас над головой вертолеты, которые доставляли заложников в соседнюю больницу Ихилов. Настоящий праздник!”

Пока в Тель-Авиве гуляли, столица государства опустела в ожидании высокого гостя — движение перекрыли не только на улицах вокруг кнессета, но и на трассе, по которой президент США должен был добираться.

“Единственная западная демократия Леванта” воздавала прибывшему Дональду Трампу поистине восточные почести.

Уже на подлете к аэропорту на тель-авивском пляже была выложена надпись “Спасибо, президент Трамп” с его стилизованным профилем — гигантская настолько, чтобы ее можно было увидеть из иллюминатора снижающегося борта № 1.

Само собой, путь кортежа в Иерусалиме был увешан американскими и израильскими флагами. “Кир Великий жив, и это президент Трамп,” — гласил один из множества плакатов на пути следования кортежа.

Сравнения более высокого иностранный правитель вряд ли может удостоиться: евреи до сих пор возносят благодарности персидскому царю Киру II Великому, основавшему державу Ахеменидов — своим декретом он за 500 с лишним лет до начала н.э. разрешил евреям вернуться на родину из Вавилонского пленения и восстановить иерусалимский Храм, разрушенный захватчиком Навуходоносором.

Иерусалимцев попросили сделать все свои дела заранее и по возможности задержаться на работе до отлета Трампа на саммит в Шарм-эль-Шейх. Правда, Трамп в итоге опоздал на три часа.

“Война 7 октября” — визуальный код.

За те два года, что пленные провели в неволе в Газе, они сильно изменили израильский визуальный код — или, говоря проще, внешний вид городов еврейского государства.

Сразу после вторжения и захвата их портреты с указанием имени и возраста стали появляться на всех доступных поверхностях — заборах, домах, стенах супермаркетов, автобусных остановках, а также возле домов премьер-министра и президента в престижном столичном микрорайоне Рехавия.

Расклеивающие зорко следили за их днями рождения и заботливо подписывали каждому изменившийся возраст черными маркерами; некоторые успели отметить день рождения в плену дважды.

Время от времени вместе с этими плакатами в городе стали появляться небольшие отпечатанные типографским способом жития — сначала их писали только уже погибшим в неволе жертвам, но потом стали писать и про живых заложников.

Возле комплекса “Яд Вашем” мне довелось увидеть рисованный “иконостас”, наклеенный на стекло трамвайной станции, — кто-то изобразил два десятка заложников в виде симпатичных, как будто сделанных из пластилина персонажей на фоне родных, домашних животных и деревьев.

Каждая такая наклейка была снабжена небольшой историей из жизни пленника.

По мере освобождения заложников в результате промежуточных сделок (в конце 2023-го и в начале 2025-го) плакаты с их фотографиями исчезали со стен почти сразу по мере получения вестей о гибели — нескоро, как будто нехотя, и далеко не везде: они висели как напоминание о том, чьи тела нужно еще вырвать у похитителей из Газы.

Вообще, “война 7 октября” обросла своими внешними признаками в Израиле.

Поначалу повсюду красовалась бравурная надпись “вместе победим”, но потом куда чаще стал встречаться слоган по-английски: Bring Them Home Now, “верните их домой немедленно”.

Были изготовлены жетоны, напоминающие военные, с этой надписью — многие израильтяне надели их на себя и носили каждый день до 13 октября.

Некоторые продолжают носить до сих пор — в соответствии с еще одним лозунгом: “До последнего заложника”.

Наконец, из американской визуальной культуры была позаимствована желтая лента — символ ожидания домой военных и пленных; она получила, пожалуй, самое широкое хождение: в виде наклеек, флагов, кулонов, значков, браслетов и чехлов для телефона с этим символом.

Однажды ее в небе над Израилем даже начертил самолет — причем, как выяснилось, без приказа сверху. Значок в виде этой ленты можно разглядеть на любом уважающем себя пиджаке — например, у премьер-министра Нетаньяху или министра обороны Израэля Каца.

Но основные “хозяева” ленточки — это “Форум семей заложников”, пожалуй, самая значительная из нескольких подобных организаций, появившихся после начала войны.

О