Фото: соцсети.

Есть еще вещи, способные удивлять. Я часто бываю в районе Бауманской и там, недалеко от метро, стоит старый дом (адрес не называю специально). А на доме — табличка «Последнего адреса». Цела. И висит уже давно. Собственно, с того момента, как несколько лет назад ее повесили, — так и висит. Последняя? Спрашиваю потому, что давно не вижу таких табличек целыми. Иногда попадаются на стенах прямоугольники контрастного цвета, и я понимаю, что здесь такие таблички тоже недавно были, но их кто-то демонтировал или просто сорвал, а под ними — прежний цвет стены. Или тот же, но не такой выцветший…

На днях прочитал, что „ в транспорте перестали объявлять остановку «Музей ГУЛАГа». Остановка есть и даже Музей формально есть. Только он уже больше года не работает. Закрывали временно, до устранения неких причин типа противопожарных. Но временное стало постоянным, причины перестали быть важными, а Музей так и не открылся и куда больше шансов, что уже не откроется.

Этот просветительский центр, как и те маленькие таблички на стенах, — не ко времени сейчас. Я про это все вспомнил, глядя на осколки очередной по счету таблички на Лесной улице, у подъезда, в котором жила и была злодейски убита Анна Политковская. Сначала разбили прежнюю табличку, потом две временных. И даже нашли виноватых. Что тоже странно. В городе с миллионом камер в отдельных случаях виноватых не найти. Заказчиков убийства Политковской вот тоже не нашли, а срок давности истек еще четыре года назад. Но тут нашли. Виноватые оказались нетривиальными персонажами.

Впрочем, обыкновенный человек и не будет такими вещами заниматься. Некий Филиппов — то ли безработный, то ли специалист по религии, то ли бывший сотрудник ТАСС и РИА, фотограф. Шел, «чтобы потанцевать», увидел цветы на асфальте у дома и убрал их, «поскольку у него религиозное воспитание, и он родился в Москве». А тут и табличка вдруг сама на землю упала. Филиппов. Фото: соцсети.

Была еще пенсионерка Шустова, которая еще десять лет назад называла журналистов, писавших о Чечне, «швалью», а Рамзана Кадырова «гордостью России». Она, в отличие от Филиппова, вину не отрицает, но виной свой поступок не считает, табличка в память о Политковской ей просто «мешала». И вот в это поверить легко. Легко и штраф заплатить в 1000 рублей — столько назначили Филиппову. Даже пенсионерка, даже безработный могут себе позволить из своих скромных доходов профинансировать собственный вандализм.

Я не буду тут проводить очевидные параллели со штрафами за лайки, с суммами в десятки тысяч рублей, которые наши суды назначают в качестве наказания по делам, где людей просто не за что наказывать, — примеров миллион, а на самих штрафах миллиарды рублей собрали. Однако на штрафах за разбитую табличку в память подло убитого прекрасного человека «кассу» государство благородно делать не стремится. Эта вся отвратительная эпопея совпала же еще и с очередной датой убийства Станислава Маркелова и Анастасии Бабуровой. Виноватых в их гибели как раз нашли и наказали.

А пособница убийцы Евгения Хасис недавно не только вышла на свободу, но даже успела дать программное интервью. „ Нацисты получают в России трибуну. Нацисты ни в чем не раскаиваются. Нацисты оскверняют мемориал Маркелова и Бабуровой и берут на себя ответственность за уничтожение первой таблички Политковской. Они вспоминают своих предшественников из «БОРН»*, которые убивали людей — и убивали массово! Спустя полтора десятилетия те убийцы вдохновляют своих последователей. Но тысячу рублей заплатит за все какой-то безработный Филиппов, который шел «потанцевать».

Историю с табличками не стали замазывать и заматывать — зачем? Не надо создавать ажиотаж, чтобы эти либералы галдели о безнаказанности. Вот вам виноватый, вот вам наказание. Музей истории ГУЛАГа. Фото: Сергей Фадеичев / ТАСС.

Природа не терпит пустоты. Не только «свято» — любое место и всякое пространство должно быть чем-то заполнено. Или кем-то. Какими-то идеями. В стране, победившей нацизм, потерявшей в этой…