На днях в социальных сетях я написала: если спросить любого американца старшего поколения, что он делал в полдень 22 ноября 1963 года, — он ответит с точностью до минуты. В этот день в 12.30 в Далласе убили президента Кеннеди. Так и с 24 февраля 2022 года — оно с нами ежеминутно, никому не надо объяснять, что это за дата.

24 февраля 2022 года. Киев. Женщина, пытающаяся выехать из города, на железнодорожном вокзале. Фото: AP / TASS. Я написала, как четыре года назад в восемь с минутами включила телефон, и все обрушилось. Как светало, и окна напротив гасли одно за другим, а я глядела, как внизу во дворе собачка метила любимый угол. И это было очень буднично. В личку тогда внезапно пришло сообщение, что девочку Леру с синдромом Дауна, которую хотели удочерить американцы и не смогли из-за «закона Димы Яковлева», взяли в семью, и она уехала на Урал. Я зацепилась за эту радость и думала, что она спасет.

Прошло четыре года, я больше ничего не знаю про девочку Леру, и радость эта давно потухла. Осталась только память — как гасли окна на рассвете. Я дописала пост и в конце спросила друзей и читателей: а каким было ваше окно в то утро? И люди начали писать. Со всего мира. Из России, Канады, Америки, Новой Зеландии, Израиля, Норвегии, Черногории… Я читала, ревела, терла глаза и старалась всем отвечать.

Труднее всего было отвечать друзьям из Украины. Я не знаю, что можно сказать на такое: «Сын вез мою маму на операцию, и мы попали под обстрел. Я боялась не за маму (Господи, прости!), а за сына, у которого вся жизнь впереди и двое маленьких детей. А мама все равно умерла в 23-м году». Я написала многим в личку с вопросом — можно ли ваши воспоминания опубликовать в «Новой газете»? Согласились практически все.

Сразу сказала: мы готовы изменить имена и вынуждены поставить звездочки вместо слова, которое произносить нельзя. Большинство из тех, кто живет за границей, решили имена не менять. Учительница из России тоже сказала, что устала боятся и пусть ее полное имя останется. Но я перечитала ее комментарий и проявила самоуправство—спрятала учительницу за псевдонимом. Уже в самом конце заметила, что истории собрались исключительно женские. Честное слово, это получилось случайно. Женский взгляд на то, что приходится обозначать пятью точками вместо пяти букв.

24 февраля 2022 года. Передвижение военной техники в Крыму. Фото: Сергей Мальгавко / ТАСС. Александра Леонтьева Я работала в вечернюю смену, и муж обычно уходил на работу, когда я еще спала. В тот день он меня разбудил, сказал: проснись нормально, ноги на пол поставь, я не хочу, чтобы ты была одна, когда узнаешь: Харьков *** [под обстрелом].

Марина Шишкова Накануне был салют. Я сделала много красивых фотографий: залпы над Михайловским замком, над Марсовым полем… Помню растерянное чувство: «теперь эти фото никуда не повесить… еще вчера они имели смысл, а сегодня вызывают неловкость по меньшей мере».

Татьяна Т. Я в тот день поздравляла приятельницу, которая живет в другой стране, с днем рождения и спросила, как она с этим ужасом справляется. Поняла по интонации, что каким-то непонятным чужим горем испортила человеку праздник. Так опешила, что долго не могла проморгаться. Но это помогло прийти в себя. Год не общались.

Виктория Волосевич Меня утром разбудил муж со словами: «Вика, !» Мне показалось, что это кадр из фильма. А потом все уехали. В нашем доме по вечерам горело 20 окон на 1000 квартир. У меня наступил день сурка: проснуться, погулять с собакой, сходить в магазин, сбегать в бомбоубежище и дальше по кругу. И фоном постоянные взрывы. Когда случился Донбасс, многие переехали оттуда в Центральную Украину. И тогда запретили фейерверки. Я умом понимала, почему, но это казалось неким популистским решением. А теперь поняла.

Ирина Ильюхина Я вышла гулять с Джесси, у меня было четыре собаки тогда, рано вышла. Включила телефон и, кажется, закричала… Плакала много в тот день. Заглядывала людям в глаза, как они могут вот так спокойно идти. Не знаю, как я с ума не сошла. Или сошла…

Лена Л. У меня был маникюр, девочка-мастер знает меня со своего рождения. Мне казалось — я держусь. А она потом прислала сообщение: «Теть Лена, не пугайте! Я вас всегда знала как бабу с огнем, а потом разогнем! Идите к психиатру за таблетками».

Элина С. В случившееся поверила сразу. Было ощущение катастрофы и холодной ярости. Не стыд, стыдно было с 14-го года. Часа через два легла спать, позавидовав мужу, что он спит и пока ничего не знает.

Надежда П. Помню, как обалдела на работе от реакции сотрудниц. Они заявили, что мы спасаем украинцев от фашистов!

Нина Г. У меня была в этот день защита магистерской онлайн. На экране появлялись члены комиссии с одинаково опрокинутыми лицами, тихо здоровались. Председатель комиссии сказал: «Не знаю, когда я смогу снова сказать «Добрый день».

Катя Молоствова Я проснулась, как от толчка, темно, влезла в телефон — началось. Пошла будить Юла, споткнулась о пса. Дальше ничего не помню до выхода на митинг. Ни как уроки вела, ничего. Да, была эйфория митингов, казалось, что еще что-то возможно изменить. И ужас, и эйфория.

Елена Манукян Живу в Калифорнии очень давно. 22 февраля я орала по телефону двоюродной сестре из Запорожья: «Юля, не сходи с ума! Какая **?» А через два дня открыла ФБ и увидела пост: *** Киев! Если бы я тогда знала, что это продлится четыре года, я бы сошла с ума. Казалось, что сейчас Европа и Америка как заступятся, весь мир как надавит, к лету точно все закончится. Розовые очки разбились стеклами внутрь.

Елена Доминецкая У нас в Оттаве был поздний вечер. Я уже двадцать семь лет не в Москве. Муж спустился из кабинета и сказал — он все-таки ***. Понятно, что всю ночь не спали, смотрели сообщения, писали родственникам, матерились и не могли поверить в реальность происходящего. И так вот и живем до сих пор — с каждодневным контактом с родными из Днепра…

Марина Шер Помню каждую минуту. В Монреале был поздний вечер, я работала. Когда поняла, что началось, звонила в Киев племяннице, просила уехать. Канада разрешила въезд украинцам по облегченной визе. 13 апреля племянница с дочкой приземлилась в Монреале. В Киеве остались ее муж и сын. Она прожила с нами год и вернулась в Киев, к своим мужчинам. Ее дочка живет с нами, учится. Для меня этот февраль не кончается.

Надя Зарчин Из меня слезы трудно выжать, но заплакала сразу. Дальше месяц, как во сне. Видимо, как-то работала. Плакала, пила вино, почему-то слушала бесконечно про «мы не рыбы — рыбы немы». Первые дни хотелось забыть русский навсегда. Поверила в существование абсолютного зла.

Наталия Чеснова Мы готовились, но не верили. Накануне ездили по делам в район — Макарово, туда, куда потом надолго войдут (…) [российские войска]. По Житомирской трассе нам встречались колонны украинской бронетехники, которую мы испугано пропускали. По радио играл Сплин «Гарри Поттер», и я подумала, что это чудесная иллюстрация к этой песне. А потом заиграла «Справа в тому, що у мене немає дому». Я заплакала, хотя до осознания, что дом скоро исчезнет, еще было несколько часов. Мы договорились о просмотре дома в Бучанском районе на 10 утра 24 февраля (очень хотелось купить дом именно на Киевщине, с двориком, чтобы гортензии… гортензии вокруг). А в 5 утра я подскочила — на улице громко бумкнуло, и я поняла, что это взрыв. Две мои кошки ошарашено на меня смотрели сонными глазами, а я схватила телефон, который почему-то светился. Дочь спала. В 7 я уже была на работе. Дочь мне варила кофе (вечером в урне мы насчитали 48 пустых стаканчиков из-под латте). Готовили документы на эвакуацию — три детских дома, 200 сирот. В 11 вечера четырьмя автобусами без фар и без опознавательных знаков в сопровождении нескольких полицейских машин наши детдома выехали, а мы остались. Через несколько недель поняли, что всё, и ждать нечего. Так началась новая жизнь. Два рюкзака, две кошки и одна дочь.

Алиса К. В пять утра я выкатилась из спальни в гостиную, чтобы воем не разбудить двухлетнюю дочку, и корчилась на диване, глядя, как над Мальтой встает очаровательный субтропический рассвет. Ощущение было в точности, как в давнем кошмарном сне, когда мне снилось, что наступил конец света и мир начал распадаться на атомы. 24 февраля сон сбылся.

Ольга С. Я в ужасе писала из