В последнее время широко обсуждается российская сеть дезинформации “Матрешка”. Однако “Матрешка” – это далеко не новинка из Лубянки, возрожденная. Еще в советское время подразделение с аббревиатурами “А” и “Д” успешно действовало при КГБ. Здание КГБ. Фото: Соловьев Андрей / ТАСС.

Советы о Даллесе. Осенью 1961 года участники ЦК КПСС и другие высокопоставленные лица получили новую книгу с грифом “Рассылается по специальному списку”. Специальное издание “Издательства иностранной литературы” выпустило перевод расследования, выпущенного в Лондоне, об основателе ЦРУ Аллене Даллесе – “Исследование главного шпиона”. Книга была небольшой, всего 79 страниц, издана малоизвестным издательством. Один из авторов, Кеннет Данн, был обычным журналистом, в то время как другой, Боб Эдвардс, был известным парламентарием и активистом Лейбористской партии. “История главного шпиона” оставалась одним из основных источников по истории американской разведки в области политической литературы до конца 1980-х годов. В ЦРУ книгу “Исследование главного шпиона” сразу же приписали к публикациям, вдохновленным советскими спецслужбами.

Лишь спустя 30 лет бывший подполковник КГБ СССР Виталий Чернявский подтвердил это подозрение. Аллен Даллес. Фото: википедия.

“Брошюра о Даллесе была, пожалуй, первым крупным успехом нашего нового подразделения,” – говорил опытный разведчик на страницах “Нового времени”, где он ранее работал заместителем ответственного редактора. “Директор центральной разведки Вашингтона был представлен как фигура, оказывающая большое влияние на американскую политику и придавая ей агрессивное направление. В то же время подвергались сомнению профессиональные качества шпиона № 1 Америки: не столь он одарен, сколько ловок, бесцеремонен и жесток…”

“Даллес во время войны был одним из тех, кто стремился ‘предательски всадить нож в спину советского народа’. И сейчас совершает все, чтобы направить агрессивные силы против СССР. Но Бог наказал Даллеса: пещерная ненависть лишила его разума, он делает ошибку за ошибкой, что приведет его к скорому провалу. И надо же такому случиться – через месяц, в апреле, произошел грандиозный скандал в связи с неудачной высадкой антикастровского десанта на Кубе. Президент Кеннеди был вынужден отстранить Даллеса от должности и отправить в отставку.” Монтаж фактуры. Изначально подразделение 1-го Главного Управления КГБ СССР обозначалось аббревиатурой “Д” – “дезинформация”. Этим подразделением руководил полковник, затем генерал-майор Иван Агаянц – бывший резидент в Тегеране и Париже, начальник кафедры № 1 (разведка) секретной школы № 101 (будущего Института КГБ). По словам Чернявского, это был человек блестящего ума, тонкого политического чутья, точного расчета, фантастической выдумки и незаурядной оперативной смекалки. О самом Чернявском коллеги могли бы сказать примерно то же. Возглавляя разведотдел аппарата Уполномоченного КГБ СССР в Германии, он совместно с МГБ ГДР раскрыл 12 иностранных агентур, выманил из Западного Берлина трех американских резидентов, провел многоходовую вербовку руководителя Федерального ведомства по охране конституции ФРГ.

А еще… “Центр направлял нам много дезинформационных материалов для размещения в печати Западного Берлина и ФРГ,” вспоминал Виталий Чернявский. “Главным образом короткие тезисы, иногда даже всего одну фразу, которую нужно было включить в подходящую статью, комментарий, реплику. Значительную часть ‘дезы’ удавалось через агентов размещать в ‘большой прессе’. Ведь если дезинформация появлялась в солидных газетах и журналах, уже не нужно было подключать ТАСС: она продвигалась по всему миру западными агентствами.”

В 1961 году у Службы “Д” появилось свое информагентство – АПН. Его учредителями были Союз журналистов СССР, Союз писателей СССР, Союз советских обществ дружбы с зарубежными странами и общество “Знание”. Но основной штат Главной редакции политических публикаций “Агентства печати ‘Новости'” был собран из профессионалов спецслужб и журналистов, сотрудничавших с ПГУ КГБ. Полковник Норман Бородин, контрразведчик англо-американского профиля, возглавил его, а его заместителем был назначен подполковник Чернявский. Агенты КГБ готовятся к заданию. Фото: Николай Малышев / ТАСС.

Бородин некогда был заметен мощной пропагандистской акцией. В марте 1949 года “Литературная газета” издала книгу “Правда об американских дипломатах” под авторством Аннабель Бюкар. Ранее она работала в посольстве США, но приняла советское гражданство. Ссылаясь на свой опыт и желая разоблачить политическую клюку, “стремящуюся к тому, чтобы между СССР и США никогда не существовало мира”, Бюкар раскрыла удивительные детали о деятельности американских спецслужб, Госдепартамента и посольства в Москве. Ее завербовал Бородин, который также руководил подготовкой книги. Кроме русского издания, книгу издавали на английском, немецком, французском языках и еще восьми европейских языках. “Очевидно, что основные разделы книги были написаны или, по крайней мере, содержание было предоставлено кем-то другим,” сообщало посольство в Вашингтоне. “Мисс Бюкар не занимала должности, позволяющие говорить с таким знанием об упомянутых лицах и общеполитических вопросах.” Но американцам нечем было ответить. Бородин оперировал подлинными данными, собранными советской разведкой. А нужная тональность, акценты и т. д. уже были частью монтажа фактуры.

В работе Службы “Д” приняли участие полковник КГБ, Чернявский Виталий Геннадиевич. Еще в 1959 году он начал работать в этой службе. Их первой успешной операцией стала книга “Операция ‘Тевтонский меч'”, выпущенная в Берлине. Целью был командующий сухопутными силами НАТО в Центральной Европе генерал Ганс Шпейдель. Авторы книги – документалисты из ГДР, снявшие одноименный фильм, – раскрыли “длинный список преступлений” генерала, отсылая к анализу документов из нацистских архивов. “Материалы были подделаны настолько хорошо,” отмечал Чернявский, “что читатели и зрители приняли их за чистую монету.”

Книга усилила негативное отношение к генералу со стороны Парижа, где помнили его роль в оккупации Франции. Президент де Голль настаивал на отставке Шпейдела и, в конце концов, добился этого. Создание АПН предполагало масштабирование наработок разведывательного отдела Агаянца. “Полторы дюжины журналистов-международников выпускали брошюры, книги, крупноформатные статьи как на конвейере, используя темы, разработки, тезисы из нашего ‘мозгового треста’,” – рассказывал Чернявский о работе политической редакции АПН. “Мы привлекали десятки внештатных авторов, в том числе известных советских журналистов и публицистов, привлекенных высокими гонорарами. В качестве официальных авторов фигурировали писатели, журналисты, политические и общественные деятели многих зарубежных государств. Часть из них были агентами советской разведки, некоторые с обширным стажем. Но большинство были так называемыми доверенными лицами, заинтересованными контактами. Некоторых удавалось использовать втайне, когда они не подозревали ни о чем и действовали в лучших намерениях, желая помочь справедливому делу – установлению прочного мира и тому подобному.”

Смена литеры “D” на более обширную “A” в 1966 году означала “активные мероприятия”, для которых был разработан целый арсенал. Они описаны в учебном пособии Института КГБ “Политическая разведка с территории СССР”: дезинформация, разоблачение, компрометация, специальное позитивное воздействие. Дезинформация предназначалась для подрыва империалистических позиций в различных регионах мира, усиления противоречий между империалистическими государствами, буржуазными партиями и отдельными деятелями, ослабления их позиций, а также противодействия антисоветским кампаниям. Разоблачение было направлено на раскрытие замыслов и агрессивных планов против СССР и других социалистических стран, а также национально-освободительных движений, прогрессивных режимов и демократических сил.

Компрометация была использована для причинения морально-политического ущерба противнику, а специальное позитивное воздействие – для выгодного влияния на правительства, партии, отдельных политических, государственных и общественных деятелей, представителей бизнес-сектора в рамках законов конкретной страны.

“На практике эти методы часто применялись в комбинации, что увеличивало результативность действий,” говорилось в пособии. “Формы проведения активных мероприятий такими методами были разнообразны: беседы с влиятельными деятелями зарубежных стран, продвижение информации и дезинформации, распространение выгодных материалов, публикации в иностранной прессе статей, книг, брошюр, организация радио- и телепередач, пресс-конференций и интервью