Владимир Путин и Си Цзиньпинг в Пекине
3 сентября, перед военным парадом в Пекине, китайский президент Си Цзиньпинг и президент России Владимир Путин – оба 72-летние – были пойманы на горячем микрофоне, обсуждая, как современные технологии могут продлить человеческую жизнь. “Раньше люди редко доживали до 70 лет, а в наши дни, в 70 лет, ты все еще ребенок,” – сказал Си Цзиньпинг через переводчика. Путин ответил: “С развитием биотехнологии органы человека могут непрерывно пересаживаться, и люди могут становиться всё моложе и моложе, и даже достичь бессмертия.” “Прогнозы есть, в этом веке есть шанс дожить также до 150”, – добавил затем Си. Meduza рассмотрела, на какие источники могли опираться оба лидера для своих заявлений – и почему их слова вызывают скепсис.

Магическое число
“По некоторым прогнозам, есть шанс, что люди могут дожить до 150 лет в этом веке,” – заметил Си Цзиньпинг Владимиру Путину в обмене мнениями на горячем микрофоне во время военного парада в Пекине на прошлой неделе. Заявление Си можно трактовать двояко: либо как признание существования таких прогнозов, либо как утверждение о том, что человек действительно мог бы дожить до 150 лет. Первое, безусловно, верно – такие прогнозы существуют.

С развитием долголетия в 20 веке стали регулярно появляться прогнозы о том, что люди когда-нибудь доживут до 100, 150, 200 – и других удобных круглых чисел. Иногда такие прогнозы даже появлялись от ученых.

В 2000 году, например, американский биолог Стивен Остад предсказал, что многие дети, родившиеся в начале нового тысячелетия, доживут до 2150 года. Его прогноз вызвал острую дискуссию с демографом Джемом Олшански, который отклонил идею напрямую.
Оба мужчины узаконили свое разногласие пари. Проигравший (или, более точно, его наследники, так как надежды на то, что кто-то доживет до 2150 года, у них нет) должен заплатить победителю в 150 долларов. В 2016 году они повысили ставки до 600 долларов и вложили деньги в фонд. Учитывая рост фондового рынка, Nature оценила, что стоимость фонда может достигнуть сотен миллионов долларов к моменту разрешения ставки. Есть, конечно, только один способ узнать победителя и сколько денег он действительно получит – но это займет более столетия.
Это пари воплотило в себе ожесточенные дебаты вокруг радикального увеличения жизни, с явным 150-летним показателем. Но это было далеко не первое и не последнее подобного рода. Однако, сегодня, если искать истоки таких прогнозов, то вероятнее всего вы попадете не на спор Остада и Олшански, а на исследование 2021 года, опубликованное в Nature Communications. Статья была подхвачена сотнями изданий, включая популярные научные журналы. Она теперь фигурирует в статьях на Википедии и даже в официальных документах. Разумно предположить, что Си имел в виду именно это исследование.

И их авторы тоже считают так. Исследование было проведено командой российских ученых под руководством физика Петра Федичева, хорошо известного среди энтузиастов увеличения продолжительности жизни в России. Вместе со своими коллегами он основал стартап Gero, базирующийся в Сингапуре, который описывает свою миссию как “понимание старения как системной неисправности и создание лекарств для ее устранения” и “направленное на более глубокое понимание основной физики старения самого процесса”.

В своей статье для Nature Communications команда определила старение именно таким образом – как разрушение функционирования организма как системы. Это описание может звучать абстрактно, но статья указывает на конкретное ограничение: 150 лет, которые авторы определяют как абсолютный предел человеческой жизни. На самом деле статья установила диапазон от 120 до 150 лет, но в новостной сводке этот деталь исчезла, оставив нас только с верхней границей.

Суть статьи сложно подытожить, не потеряв нюансы, но в общих чертах исследователи рассматривали старение как статистический процесс – концепцию, заимствованную из термодинамики, их основного поля. В этой модели организм постоянно подвергается стрессорам, таким как инфекции, травмы и внутренние заболевания. Организм противодействует саморегуляцией, восстанавливая себя к “нормальному” базовому состоянию. Некоторое время он успешно справляется. Но статья утверждает, что восстановление со временем замедляется до тех пор, пока система не может более стабилизироваться и не ломается.

Эта точка коллапса, утверждают авторы, определяет предел продолжительности жизни человека – где-то между 120 и 150 лет. Их оценка была основана на всего двух наборах данных, оба из внешних источников. Один из наборов включал результаты анализов крови из проекта Biobank в Великобритании; другой – данные трекеров фитнеса примерно 2000 человек, собранные в отдельном исследовании. Федичев и его соавторы сами не собирали данные и не изучали, что вызывает изменения показаний участников. Они просто проанализировали, каким образом и насколько быстро организмы возвращались – или не возвращались – к базовому состоянию.

Статья не предлагала способов продлить жизнь или утверждала, что люди могли бы, на практике, дожить до 150 лет. Она скорее утверждала, что у каждого организма есть предел его устойчивости. И в своих заключениях авторы аргументировали, что сегодняшнее медицинское внимание к лечению конкретных заболеваний не приведет к радикальному увеличению продолжительности жизни человека. Другими словами, они утверждали, что ресурсы должны быть направлены не на лечение отдельных болезней, а на понимание и борьбу со старением самого организма.

как (возможно) жить вечно Кто хочет жить вечно? Внутри плана российских властей разработать технологию антистарения – даже в то время, как они продолжают посылать солдат умирать толпами
Органы и бессмертие
В том же обмене мнений Путин выдвинул конкретную идею продления человеческой жизни: “С развитием биотехнологии человеческие органы могут непрерывно пересаживаться, и люди могут становиться всё моложе и моложе, и даже достичь бессмертия.” Трансплантация органов и тканей действительно продлевает жизнь отдельных пациентов – и, в свою очередь, может повлиять на среднюю продолжительность жизни. Нельзя отрицать, что биотехнология имеет потенциал радикально изменить доступ к трансплантации. И это не только означает выращивание органов в лабораториях или внутри специально созданных организмов (например, ГМО-быков), но и клеточные терапии – трансплантации клеток вместо целых органов, такие как клетки, созданные для борьбы с раком.

Но надежды на то, что трансплантация позволит людям дожить до 150 лет, сталкиваются с основополагающей статистической реальностью: в развитых странах после 65 лет лидирующими причинами смерти являются сердечно-сосудистые заболевания (35 процентов) и рак (21 процент). Для того чтобы для значительной части людей достичь 150 лет, рак и сердечно-сосудистые заболевания должны быть полностью устранены.

Легко представить ближайшее будущее, в котором сердце или другой орган станут видом потребительского товара – выращиваются в лабораториях и заменяются несколько раз в течение жизни человека. Но гораздо сложнее себе представить замену всей сосудистой системы, пораженной смертельными бляшками.

И еще сложнее представить, как трансплантация могла бы излечить рак. По крайней мере в течение последних трех десятилетий мир (особенно Соединенные Штаты и Европа) вкладывает огромные ресурсы в разработку терапий от рака. Был сделан огромный прогресс по сравнению с серединой 1980-х годов, но мы все еще далеки от “победы над раком”.

В конце концов, все иначе убедительные аргументы в пользу трансплантации органов, оказывающей драматическое воздействие на продолжительность жизни, затмили тот факт, что нейродегенеративные заболевания, такие как болезнь Альцгеймера и болезнь Паркинсона, остаются среди ведущих причин смерти в старости. Несмотря на огромные инвестиции в исследования, ни одна из них пока не доказала себя в чем-то излечимом. Трудно представить, как трансплантация органов может помочь в этих или других заболеваниях нервной системы.

Наша единственная надежда – вы. Поддержите Медузу, пока не поздно.