Более 6 200 человек пострадали в результате серии наводнений в Дагестане, заявил глава региона Сергей Меликов 7 апреля. Самые пострадавшие районы были Махачкала, Каспийск, а также Хасавюртовский и Дербентский районы, хотя ситуация теперь, по словам Меликова, “стабилизируется”.
По официальным данным и сообщениям в СМИ, погибли по меньшей мере семь человек, включая четверых детей, хотя Министерство по чрезвычайным ситуациям сообщило о шести смертях. Дома, дороги и мосты были затоплены или разрушены, и сообщались отключения электроэнергии в нескольких населенных пунктах. Власти также предупредили о возможных вспышках инфекционных заболеваний, и в республике объявлено чрезвычайное положение.
Официальные лица в основном приписывают наводнения “безпрецедентным” осадкам. Но как отмечает Forbes Russia, масштаб ущерба отражает не только влияние изменения климата, о котором говорят власти, но и давние внутренние проблемы – включая неуправляемое строительство и разрушение или отсутствие инфраструктуры дренажа.
Одним из самых сильно пострадавших районов в результате наводнений в Дагестане была региональная столица Махачкала и ее окраины, сообщает Forbes Russia. В марте там количество осадков было в четыре раза выше среднего. Городские чиновники описывают наводнение как “проявление изменения климата”.
Однако некоторые эксперты считают, что масштаб катастрофы имеет меньшее отношение к климату, чем к человеческим факторам. По мнению Раисы Грачевой из Института географии Российской академии наук, разрушения было вызвано не столько необычайно сильными дождями, сколько неспособностью города справляться с дождем.
Одной из ключевых проблем является загрязненный Октябрьский Революционный канал – искусственный водоток длиной 91 километр (57 миль), который протекает из реки Сулак через Махачкалу до поселка Избербаш. В советскую эпоху он был основой системы орошения Дагестана, а в 1990-х годах стал источником питьевой воды для жителей вокруг Махачкалы.
Но, как пишет Forbes Russia, сохранить эту воду чистой фактически невозможно: канал протекает открыто по всей своей длине. Он собирает сточные воды, мусор и даже животные трупы; сильные дожди заставляют его переполниться, дальше портя качество воды. И хотя должностные лица определили охраняемую зону вокруг канала и запретили строительство неподалеку, строительство продолжается прямо по его берегам.
Долго обсуждаемый проект реконструкции – в рамках которого канал должен быть закрыт трубами, а установлены должны быть современные дренажные и очистные системы – мог бы решить многие из этих проблем. Но несмотря на то, что он был предложен в 2021 году по стоимости 15 миллиардов рублей ($193 миллиона), его так и не реализовали.
Неуправляемое строительство также повредило сеть мелких оросительных каналов, соединенных с каналом. Они часто засыпаются грунтом и мусором, застраиваются или превращаются в дороги, сообщил географ Шахмардан Мудуев Forbes Russia. Примером является затопленное поселение Караман-2, построенное без какой-либо системы дренажа на земле, изначально использовавшейся для сезонного пастбища.
Более широко, хаотичный городской рост Махачкалы – и отсутствие какого-либо последовательного плана развития – делает его особо уязвимым. Многие здания, включая многоэтажные жилые дома, строились без соответствующих разрешений, иногда на сельскохозяйственных землях или в садоводческих товариществах. Власти предпринимали меры: в 2023 году они приняли решение классифицировать 457 жилых домов как незаконные, а в феврале 2026 года более 1 300 нежилых построек были снесены. Но жители утверждают, что разрушения часто просто открывают пути для нового строительства.
Отсутствует также базовая инфраструктура. Эксперты сообщили Forbes Russia, что во многих новых районах отсутствуют системы дренажа, сточные каналы и водостоки. В некоторых районах не было ни канализации, ни систем дренажа в течение десятилетий.
Последствия были серьезными. 5 апреля из-за наводнения рухнуло трехэтажное расширение жилого здания в Махачкале. Официальные лица заявили, что оно было построено в русла реки в нарушение строительных правил – часть того, что они называют “безрассудным развитием”. Глава Дагестана Сергей Меликов сказал, что специалисты теперь изучают русла рек и пересматривают документы по зданиям, построенным поблизости.
Меликов признал давние проблемы, сказав, что в течение трех лет он пытался их решить, но сталкивался с сопротивлением владельцев недвижимости. “Возможно, эта ситуация научит людей лучше заботиться как о своей собственности, так и о общих потребностях города и республики”, – сказал он.
Однако жители Дагестана описывают знакомый цикл: федеральные средства выделяются на модернизацию инфраструктуры, подрядчики выполняют некачественную работу, должностные лица ищут кого-то винить, и в конечном итоге мало что меняется.
Среди других факторов, способствующих этому, – плохой контроль над водохранилищами и засоренные русла рек. В Дербентском районе земляная дамба на водохранилище Геджух, признанная потенциально опасной еще в 2006 году, уступила. Хотя в 2014 году проводились какие-то ремонтные работы, нет никаких признаков полной реконструкции. По Мудуеву, водохранилище, возможно, переполнилось из-за того, что стандартные процедуры безопасности – такие как слив излишней воды – не были проведены.
В теории реки, проходящие через города Дагестана, могли бы безопасно отводить дождевую воду. На практике многие из них забиты мусором, застроены или используются как места выброса и неофициальные каналы стоковых вод.
Наводнения в Дагестане – это не новость. Регион был заливается дважды в 2025 году после сильных дождей. Официально признают, что проблемы с инфраструктурой являются ключевым фактором, но они остаются нерешенными на протяжении многих лет. После первой волны наводнений в конце марта, издание Agentstvo пришло к выводу, что местные власти не подготовились к наводнениям 2026 года.
