Одним из крупнейших беспокойств для россиян в начале этого года является стремительный рост цен на основные товары первой необходимости. По всей стране цены на овощи, фрукты, мясо, молочные продукты, корм для животных и другие повседневные товары резко подскочили. Meduza опросила своих российских читателей из различных регионов о том, как повышение цен меняет их повседневную жизнь, и на что они готовятся вперед. Мы перевели некоторые из самых заметных ответов на английский язык.

Первые лица этих свидетельств были немного отредактированы и сокращены для краткости и ясности.

Оскар
Москва и Обнинск
Я студент, и это действительно ужасно. В 2023 году (тогда я заканчивал 11-й класс), мой ежедневный бюджет был около 600 рублей. Я мог купить творог на завтрак, пачку пельменей, сметану, масло и немного овощей. Сегодня мой бюджет составляет около 900 рублей в день, и мне повезло, если я могу позволить себе кусок хорошего мяса.

Я постоянно отговариваю себя от покупки вещей, потому что дома еще остается что-то. Посещение ресторанов – роскошь. Если я все-таки иду в ресторан, это означает, что весь день я ничего не ел дома.

Я полностью отказался от сладостей, с которыми я вырос, и перестал есть бананы. Раньше они были самыми дешевыми фруктами. Теперь я не могу их позволить себе нигде. Единственное мясо, которое я могу позволить себе, – это бекон, сосиски, курица (иногда) или довольно жирный кусок свинины. Я больше не готовлю блины, потому что для этого нужно несколько ингредиентов, которых хватит на один день. В общем, я стараюсь не покупать ничего, что закончится за один день – только то, что можно растянуть.

Общение – дорогое удовольствие. Люди моего возраста любят ходить в кафе, особенно зимой, но я не могу себе позволить потратить 400 рублей (более 5 долларов) на кофе, потому что потом у меня не останется ничего поесть. Пригласить кого-то к себе тоже невозможно; у меня даже нет чему предложить с чаем. Посещение ресторана? Это дороже, чем кафе. Так что я остаюсь дома и ем картофель.

Цены будут продолжать расти, и я буду плакать, пытаться заработать больше, тянуть свой бюджет и отказываться от чего-то еще.

Тамара
Саратов
Я на пенсии, и моя пенсия составляет 22 000 рублей в месяц. К счастью, я живу с сыном – он покрывает коммунальные платежи и помогает с продуктами питания тоже. Позавчера я пошла в магазин и купила красный болгарский перец для салата. Он стоил почти 400 рублей за килограмм; я заплатила 63 рубля за один перец.

Моя дочь живет во Франции. Она пересчитала цену по текущему курсу обмена и сказала, что столько стоят красные перцы в их супермаркете. 400-граммовая банка зеленого горошка стоит 90 рублей, и примерно половина из этого – это вода. Это нормально? Слава богу, по крайней мере, греческий йогурт (по словам моей дочери) все еще стоит вдвое дешевле здесь, по сравнению с Францией.

Сейчас я делаю покупки чаще и покупаю ровно столько, сколько нужно для еды.

Маруся
Новосибирск
Из-за роста цен мне пришлось начать работать неполный рабочий день курьером – и у меня высшее образование и я закончила с отличием. Каждая поездка в продуктовый магазин кажется ударом по кошельку, как будто я покупаю дизайнерскую одежду, а не продукты. Я очень испугана о будущем. Пока я молода и без детей, я выживу. Но как люди должны выживать с детьми, или позже в жизни, когда начинаются проблемы со здоровьем?

Помидоры, огурцы, сок, молочные продукты, колбаса, сыр, мясо, сладости – все подорожало на около 30 процентов по сравнению с двумя годами назад, а некоторые вещи еще больше. Теперь, когда я вхожу в магазин, я ищу самые дешевые альтернативы и долго обдумываю, нужно ли мне действительно чего-то вкусного, или я могу просто съесть гречку с колбасой и обойтись. Я взвешиваю каждый предмет внимательно. Я планирую вечер с хорошей домашней едой так же, как раньше планировала поход в ресторан.

Мне страшно, что цены будут продолжать расти. Что же мне делать? Я постараюсь стянуть пояс, покупать дешевле вещи и отказаться от других удовольствий, чтобы по крайней мере позволить себе здоровую пищу, такую как рыба или мясо.

read more from Meduza
россияне платят счет
Новый налоговый сбор Кремля направлен на заполнение рекордного дефицита и финансирование войны, но это может оказаться недостаточным
Наталия
Владивосток
В последнее время только мысль о походе в продуктовый магазин наполняет меня яростью. Раньше я могла позволить себе говядину, сметану, красную рыбу, хороший шоколад. Теперь базовые ингредиенты для приготовления вареников стоят около 860 рублей в самом популярном магазине на Дальнем Востоке. Я даже не смотрю на цены на что-то более дорогое.

Почти год я выживаю на просроченной продукции, продаваемой возле моего дома. Можно купить хлеб за 60-70 рублей, пакет овощей за 20, муку за 30, пару килограммов мяса за 100, сладости по разумным ценам и так далее. Сначала это действительно неприятно есть такую еду. Потом ты к этому привыкаешь и принимаешь. Нет другого способа кушать.

Я не могу даже представить, что произойдет дальше или насколько поднимутся цены. Каждый месяц становится все хуже. Ты находишь старые квитанции и начинаешь плакать. Цены определенно продолжат расти – ведь когда цены в этой стране когда-то падали? Я чувствую, что ничего хорошего не предвидится.

Александр
Стерлитамак
Мне хочется плакать и кричать от изнеможения и безысходности. Я хочу нормальной молодости – а не этого дерьма кошмара. Извините.

По местным меркам я зарабатываю неплохой доход. Я тщательно трачу деньги, в основном покупая вещи со скидками. Поэтому, хотя повышение цен заметно, оно больше влияет на мои нервы, чем настоящие трудности. Я не буду голодать.

Но намного больше беспокоит, как всем моим близким уживаться – как старшим, так и младшим. Мои бабушки и дедушки живут на пенсиях. Мои родители зарабатывают скромные заработки и содержат детей. Моя сестра – студентка.

Их доходы не растут – и откуда деньги взять в небольших местных предприятиях? Стипендии еще меньше. И, конечно, дети время от времени хотят угощения; молодая женщина хочет что-то такое носить. Там действительно негде сэкономить – они и раньше не жили в роскоши.

Сказать, что я беспокоюсь о них – значит ничего не сказать. Я уже финансово помогал им, прямо и косвенно, и теперь мне придется делать еще больше. Но и моих денег не бесконечно, и пытаться спланировать бюджет, который включает помощь всей родне, глубоко депрессивно – и у меня уже было достаточно причин для депрессии раньше.