Центробанк России снизил ключевую ставку с 17 до 16,5%. Однако это не означает политику смягчения и улучшение экономических перспектив.
«Совет директоров Банка России 24 октября 2025 года принял решение снизить ключевую ставку на 50 базисных пунктов до 16,50% годовых. Устойчивые показатели текущего роста цен значимо не изменились и остаются выше 4% в пересчете на год. Экономика продолжает возвращаться к траектории сбалансированного роста. В последние месяцы активизировался рост кредитования. Высокими остаются инфляционные ожидания».
Дешевых денег не будет еще долго. В общем, анализ решения и комментариев совета директоров Центробанка России от 24 октября 2025 года дает следующие выводы. Несмотря на символическое снижение ключевой ставки на 50 базисных пунктов, общий сигнал Центробанка является жестким. Минус половина процентного пункта — это не изменение в политике, а тактическая корректировка на фоне сохранения стратегического курса.
«Банк России будет поддерживать такую жесткость денежно-кредитных условий, которая необходима для возвращения инфляции к цели», — прямое заявление о приоритете борьбы с инфляцией. «…в том числе предполагает среднюю ключевую ставку в диапазоне 13,0–15,0% годовых в 2026 году и означает продолжительный период проведения жесткой денежно-кредитной политики» — это самый важный сигнал. Центробанк открыто заявляет, что сверхвысокие по историческим меркам ставки сохранятся как минимум еще на полтора года.
«В реальном выражении процентные ставки за последние месяцы значимо не изменились. Неценовые условия банковского кредитования по-прежнему жесткие», — Центробанк констатирует, что, несмотря на предыдущие снижения, реальная стоимость денег для экономики не уменьшилась.
Таким образом, решение о снижении ставки носит технический характер на фоне замедления роста ВВП, но сопровождается беспрецедентно жесткими ориентирами на будущее, которые превосходят ожидания рынка. Центробанк снижает ставку, находясь в сложной макроэкономической ситуации, и объясняет, в чем суть дела. Инфляция вышла из-под контроля в краткосрочном периоде: «Текущий рост цен… увеличился до 6,4% в пересчете на год после 4,4%». Это признание провала в сдерживании инфляционного импульса. Риски смещены в проинфляционную сторону: «Проинфляционные риски выросли и преобладают…» — Центробанк указывает, что вероятность ухудшения ситуации с инфляцией выше, чем ее улучшение.
Бюджетная политика стала проблемой: «Дезинфляционное влияние бюджета 2025 года будет существенно меньше, чем ожидалось ранее», — Центробанк напоминает правительству: рост бюджетных расходов «работает» против целей по снижению инфляции. Сравнение нового среднесрочного прогноза Центробанка России с июльским прогнозом показывает не ухудшение, а коренной пересмотр среднесрочных перспектив денежно-кредитной политики.
Июль 2025 года: прогноз средней ставки на 2026 год — 12,0–13,0%. Октябрь 2025 года: прогноз средней ставки на 2026 год — 13,0–15,0%. Центробанк России фактически ужесточил свой собственный прогноз на целый процентный пункт. Такой резкий пересмотр за три месяца говорит о том, что инфляционные процессы оказались гораздо более устойчивыми, чем предполагала его модель. Получается, что формальное снижение ставки маскирует фундаментальное и радикальное ужесточение риторики и среднесрочных ориентиров. Период дорогих денег становится новой нормой. «Неправительственная экономика» будет оставаться в кредитной блокаде как минимум до конца 2026 года. Прогноз Центробанка России по ВВП на 2025 год (0,5–1,0%) выглядит излишне оптимистичным на фоне заявлений о «продолжительном периоде жесткой политики» и данных о спаде в промышленности. Регулятор, столкнувшись с неукротимой инфляцией и растущими рисками, выбрал тактику «шоковой терапии» через управление ожиданиями. Он посылает рынку сигнал: эпоха дешевых денег не просто закончилась — она не вернется в обозримом будущем.
Экономику ждет длительный период стагфляции, где вялый рост (в правительственном секторе) будет сочетаться с хронически высокой инфляцией и дорогими кредитами. Но существует ли действительный конфликт между жесткой денежной политикой Центробанка и мягкой (или как минимум не помогающей) бюджетной политикой правительства? Да, Центробанк прямо предупреждает, что в случае дальнейшего проинфляционного сдвига в бюджете, он ответит еще большим ужесточением денежно-кредитной политики. Но здесь регулятор и правительство работают в две руки, создавая ситуацию передавливания ресурсов из «неправительственного сектора», где «деньги дорогие», туда, где правительство готово денег не считать. Оптимизм — наш долг. Но с высокими процентами.
Прогноз Центробанка России — результат работы сложных эконометрических моделей, основанных на массивах данных. Резкое ухудшение ключевых параметров между июлем и октябрем — это не случайность, а системный пересмотр, основанный на негативных данных, которые поступили за последние три месяца. Эволюция прогноза Центробанка с июля по октябрь — это история о том, как Центробанк обозначает три «сложные ситуации» на макроуровне: инфляция, рост ВВП и структурная трансформация экономики.
Аналитика Центробанка нацелена на стабилизацию финансовой системы и переток средств в правительственный сектор. Однако любой экономический прогноз является условным сценарием, основанным на множестве допущений, которые могут оказаться неверными в условиях нестабильности.
