Александр Кайдановский. Фото: kino-teatr.ru.
Чем отличается уникальность актерского таланта? Здесь соединяются все: и генетика, и талант, и характер. Жажда знаний о мире и о себе. И, конечно же, внутренняя свобода. Все это характерно для Кайдановского. Но вокруг него ходит множество легенд, сплетен и историй. О драках, разногласиях с режиссерами. Но, на мой взгляд, в большей степени это проявление перфекционизма, особого и принципиального подхода к своей профессии. Например, он мог прервать съемки, если понимал, что работа несерьезная. Так случилось с “Пиковой дамой”. Он погружался в свою роль, изучал материал, предлагал… Но столкнулся с недостаточным профессионализмом. И кого это касалось? Пушкина? Другой бы смирился, но он разрушил фильм. Он защищал Пушкина. С перфекционистами всегда сложно.
У него было абсолютное чувство слуха, и ложь он воспринимал как скрежет на тарелке. Он был слишком независим для своей профессии. Из-за своего упрямого характера Пырьев не утвердил молодого актера в желаемой роли Алеши Карамазова. Эту роль сыграл более спокойный и послушный Мягков, подчиненный режиссеру. Увы, книголюбу Кайдановскому, с его увлечением психологией и философией, существенно лучше чем другим актерам, удавалось почувствовать и понять, как играть Достоевского. Иногда сам он превращался в своих персонажей.
Фактически, для него “Сталкер” стал ключевой ролью, соответствующей его таланту и индивидуальности. Он страдал за эту роль, в том числе и на площадке для съемок. По сути, он сыграл двух сталкеров. В первом варианте – сильного, корыстного авантюриста с темным прошлым из Зазеркалья. Но когда Тарковскому потребовался другой сталкер, начались испытания для актера. Он был почти святой, этот сталкер. Живущий больше верой и страданием, чем силой, христианский праведник. Тарковский писал, что на первый взгляд сталкер кажется беззащитным, но на самом деле он непобедим благодаря своей вере и бескорыстному желанию служить другим. Его предшественником в мировой культуре, без сомнения, был князь Мышкин.
Александр Кайдановский в фильме “Сталкер”, 1979 год. Скриншот.
Для Кайдановского это была трудная работа, требовавшая преодоления сформированного образа и его собственного психотипа. Роль требовала психологического кризиса, соответствия непостижимой задаче и физического истощения. Тарковскому нужно было не только изучить актера, избавить его от шаблонов, но и найти другой голос: более глубокий, прерывистый, оглушенный. Речь, спутанная в самом себе. Фактически, во время съемок Кайдановский превратился в “другого”. Два года тяжелой мучительной работы. Роль была не только прорывом, но и внутренним вызовом. У Кайдановского обширный кинокаталог. Но что может быть лучше после “Сталкера”? Этой трагической, земной и космической истории. Притча о поиске веры и о кризисе современной цивилизации. После этого странника, явившегося к нам из других сфер, небесных координат и измерений. И теперь пребывающего среди нас, как струна чистоты. Поэтому эта роль стала для него следующим шагом на пути в кинорежиссуру. Он понял, что в актерстве большего уже не добьется. Кадр из фильма “Простая смерть”. Режиссер Александр Кайдановский.
А режиссура открыла для него новые возможности для роста. Но как обидно, что ему не дали сняться в “Ностальгии” – советская власть сделала непокорного актера невыездным. Зато у нас есть его фильмы, где он творил, исследуя кинематографические и философские идеи. “Простая смерть” и “Сад расходящихся тропок” – результат их совместного творчества с оператором Юрием Клименко. Комната Ильича превращалась перед нашими глазами в лимбо – между бытием и небытием. Он серьезно и глубоко изучал философию и снимал фильмы не только о иррациональном страхе перед смертью, но и о духовном освобождении. В философской притче “Сад…” они с Клименко воплощали на экране собственные ощущения текстов Борхеса, погружаясь в лабиринты времени и сознания. “Жена керосинщика” – поэма с авангардной музыкой Гольдштейна о братоубийстве, кризисе человеческой натуры и утрате памяти.
Александр Кайдановский. Фото: kino-teatr.ru.
Но наиболее значимым фильмом режиссера Кайдановского должна была стать философская картина “Восхождение к Экхарту”. Об острых столкновениях двух начал: любви к Богу и любви к человеку на земле. Сценарий был собственного написания. 10 лет работы. Деньги исчезали, он их снова искал. Наконец, все было готово к съемкам… за день до которых он скончался от инфаркта. Юрий Викторович Клименко рассказал, как они придумали сцену смерти Ильича. Где-то в середине картины по полу комнаты внезапно катится стеклянный шарик. Клименко просто сказал: “Пусть он катится”. И Кайдановский тут же понял. Им не требовалось объяснений. Умирающий смотрит на этот яркий шарик – предвестие смерти. И вскоре появится еще один… Кайдановский заказал много таких шариков на ленинградском заводе. И в финале фильма сам он их высыпал с крыши. Они падали и отскакивали, словно капли дождя на экране. Стеклянный дождь как хрупкая жизнь на земле. Жизнь, отменяющая смерть.
Больше о кино Лариса Малюкова ведёт телеграм-канал о кино и не только. Подписывайтесь тут.