Январь в Риге — это память о баррикадных днях 1991 года. Спустя 35 лет они во многом обросли мифами и легендами. Самые честные свидетели того времени — гранитные камни у Бастионной горки. Их там пять — по числу погибших в трагическую ночь с 19 на 20 января 1991 года. О том, что тогда происходило, рассказывает Татьяна Фаст, известный латвийский журналист, создатель и главный редактор независимых латвийских газет («Независимая Балтийская газета», «Балтийская газета», «Телеграф»), документалист и автор книги о Юрисе Подниексе «Опасный свидетель», отрывок из которой публикуем сегодня.

В январе 1991 года в Риге было неспокойно. Уже существовало две прокуратуры — советская и независимая, две милиции, Верховный Совет не подчинялся Москве, а Совет министров, возглавляемый физиком Иваром Годманисом, втайне от Внешэкономбанка СССР спортивными сумками переправлял в Швецию первые сотни тысяч долларов для будущей Латвийской Республики.

Лидеры латвийской компартии разрабатывали план создания комитетов спасения — для перехвата власти у Народного фронта. Как в 1918-м и в 1940-м, Латвия была расколота пополам, и красная линия разделяла не только русских и латышей — она змеей проползала между членами семей и раскалывала их на защитников СССР и сторонников независимости.

Всю Латвию держал в страхе ОМОН, отряд особого назначения, поначалу созданный для борьбы с организованной преступностью, а ставший политическим орудием в руках советских спецслужб. Советская пресса делала из них защитников справедливости и порядка, а независимая — зловещих демонов.

В январе 1991 года по улицам Риги сматались баррикады. Скучая, мы взяли номер газеты и направились к Домской площади. Там было как в праздник, на эстрадке перед Домом радио выступали певцы и музыканты, играли танцы. Раздавали газеты, обогревались у костров, погружались в божественный мир спокойствия и тишины, звучала тихая музыка органа.

Когда уходили, Татьяна Фаст принесла свежие номера газеты и сказала, что умер оператор Гвидо… в больнице. На дороге в Москву сказала: “Мне кажется, что в Москве тоже будет горячо”.

26 января 1991 года оплакивали погибших во время вооруженного конфликта в Риге.

Эти события остались в сердцах истинных свидетелей и увековечены гранитными камнями у Бастионной горки, напоминая о тех судьбоносных днях, когда Латвия шла к своей независимости.