Фото: bulgar-rus.ru.

(18+) НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ КАЛИТИНЫМ АНДРЕЕМ СЕРГЕЕВИЧЕМ ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА КАЛИТИНА АНДРЕЯ СЕРГЕЕВИЧА.

Юрий Бутусов, выдающийся российский театральный режиссер, погиб 9 августа 2025 года на болгарском курорте Созополь во время отдыха с семьей.
Официальная хроника происшествия скупа на детали. Юрий зашел в воду всего на пару минут, море казалось вполне спокойным — волн не было, силу внутреннего течения увидеть и оценить невозможно.
При отливе волна унесла его в море. Справиться с сильным течением было практически невозможно.

Юрий Бутусов
Фото: Антон Новодережкин / ТАСС.

Я смотрю кроткий видеоролик, который прислала «Новой газете» Мария Бутусова, вдова любимого всей редакцией режиссера. Летний пляж, солнце, сотни отдыхающих, дети. И коварные волны, накатывающие на песчаный берег.
Только после трагедии на одном из центральных пляжей Харманите в Созополе появился красный флажок, предупреждающий об опасности, но по-прежнему нет информационных сообщений о сильном течении.
На вышке спасателей — реклама крема от загара: «Берегите вашу кожу». Ежегодно в этих местах погибают десятки человек. Причина — феномен «мертвого волнения». У этого явления есть даже специальный термин — rip current («обратное» или «отбойное» течение).
Небольшие с виду волны плавно накатываются на берег, но из-за пересечения ветров и внутренних морских течений при отливе они внезапно обретают невероятную силу и с огромной скоростью уносят вглубь моря все, что оказалось в воде.

Скорость потока достигает 3 м/с, ширина — до 50 м, длина — около 200 метров. Rip current опасен даже для опытных пловцов и профессиональных спортсменов.
Сопротивляться этому потоку в воде бессмысленно и опасно: уходящая в море волна настолько сильна, что она просто проглатывает пловца.
Паника или борьба с течением приводит к быстрому истощению за 25–30 секунд. Если вы ничего не знаете о rip current, а местные власти и спасатели вас не предупредили, ваш морской отдых может превратиться в кошмар.
Юрий Бутусов и его семья о смертоносном течении не знали. Волна подхватила Юрия, когда он был всего в 10 метрах от берега.

Мария Бутусова: «Это именно та спасательная вышка на пляже, рядом с которой мы положили вещи, и Юра зашёл в море».
Фото: Мария Бутусова.

Миллиарды евро на песке и жизнь по цене шезлонга
Каждый год в начале лета министерство туризма Болгарии бодро рапортует о «полной готовности» к сезону. Чиновники в костюмах перерезают ленточки, концессионеры выравнивают песок, а спасатели выставляют свежевыкрашенные вышки.
Но эта пасторальная картинка живет ровно до первого серьезного шторма.
„ Когда море начинает «переворачиваться», коварное отбойное течение вскрывает главную ложь индустрии: безопасность здесь существует только на бумаге. Многие болгарские пляжи давно стали смертельной ловушкой.

Представьте типичную картину: Лазурный берег, зеркальная гладь воды, тишина. Идеальный день для купания.
Но на вышке висит красный флаг. Отдыхающие, не видя метровых волн, лишь посмеиваются над «перестраховщиками» и заходят в воду.
Через пять минут тихая вода превращается в конвейер, уносящий человека в открытое море. И именно в этот момент выясняется, что спасти его некому. Либо пост уже пуст, потому что стрелка часов перевалила за шесть вечера, либо на вышке сидит человек, чей энтузиазм равен сумме его мизерного оклада.

Скупые данные, которыми местные власти предпочитают не делиться с прессой, говорят о том, что за последние 10 лет на болгарских курортах утонуло более 400 туристов. В 2024 году — минимум 86 человек, в 2025-м — минимум 20, и точных данных до сих пор нет. В среднем на пляжах Болгарии фиксируется 40–45 смертей ежегодно.
Туристическая отрасль Болгарии дает стране около 10–12 % ВВП. В августе 2025 года в Болгарию приехало 2,2 млн туристов со всего мира. Ежемесячные доходы только от их размещения в районе Бургаса, куда входит Созополь, составляют около 50 млн евро.
Для Созополя это огромные деньги, ради которых любая статистика смертности будет скрыта. В стране, где туристический сектор генерирует несколько миллиардов евро чистой прибыли ежегодно, человеческая жизнь оценивается ниже, чем стоимость аренды шезлонга.

„Спасение утопающих — дело рук самих утопающих“
Первая проблема местной индустрии — регламент работы служб безопасности. В Болгарии море официально «закрывается» в 18.00. В этот момент спасатели сворачивают флаги и уходят домой.
Самые трагичные инциденты происходят именно в «золотой час» перед закатом, когда сотни туристов остаются с морем один на один.
Вторая проблема — ловушка юридической формулировки «дикие пляжи». Власти нашли гениальный способ экономить на безопасности: сначала огромные участки побережья объявляются «неохраняемыми».
Потом там втыкают в песок ржавую табличку «Купание запрещено», которая магическим образом снимает с государства любую ответственность за человеческие жизни. Вместо того чтобы направить часть налоговых сборов на организацию мобильных спасательных постов на популярных «диких» участках (таких, как Иракли или Карадере), чиновники просто закрывают на них глаза.
Вас же предупреждали, что купаться запрещено? Значит, в ответе именно вы.

Третья проблема — кадровый голод. При миллиардных оборотах отрасли зарплата спасателя колеблется в районе 750–1000 евро. За эти деньги профессионалы не хотят рисковать жизнью и нести уголовную ответственность.
В итоге на вышках оказываются либо студенты-первокурсники, чья квалификация никем не подтверждена, либо пенсионеры, которые физически не способны совершить заплыв на 50 метров в шторм и провести полноценную реанимацию.

Четвертая проблема — отсутствие нужной информации. При всех технологических возможностях коммуникации государство оставляет туриста в вакууме.
На пляже вы увидите сотни билбордов, рекламирующих местное вино, казино и дорогую недвижимость. Но вы вряд ли найдете хотя бы один современный стенд, доходчиво объясняющий, что такое Rip current и как вам выжить.

В Болгарии существует негласный «пакт о молчании»: ни в аэропорту по прибытии, ни на стойке регистрации в отеле, ни тем более на самом пляже вам не скажут ни слова о реальных смертельных угрозах морского отдыха.
Туристическая индустрия панически боится испортить глянцевую картинку «безопасного рая», скрывая страшные цифры людских смертей.
На многих пляжах правила безопасности нацарапаны мелким шрифтом на выцветших старых рекламных стендах. Самые главные слова стыдливо прячутся за рекламой крема от загара.
В итоге турист прекрасно осведомлен о меню в пляжном баре и стоимости аренды шезлонга, но остается абсолютно безоружным перед лицом стихии, которая не прощает неведения.
Это не просто сервисное упущение со стороны власти — это сознательный риск чужими жизнями ради роста «туристического потока».

XIX век на службе спасения
Мы живем в эпоху высокотехнологичных дронов, в мире повсеместно используется ИИ и Big Data, а на болгарских пляжах основными средствами спасения остаются свисток и цветная тряпка на палке.
В стране до сих пор нет системы автоматического мониторинга отбойных течений. В то время как в США или Австралии за морем следят дроны и лазерные датчики, фиксирующие движение водных масс, в Болгарии силу Rip current определяют «на глаз».
Почему туристы в США получают SMS-оповещения о сильном ветре или грозе через систему BG-ALERT (система оповещения на мобильные устройства граждан в случае стихийных бедствий и аварий), а туристы в Болгарии даже не догадываются о критическом уровне «отбойного течения» на пляже?
Мария Бутусова вспоминает, что в тот день, когда семья поселилась в отеле, местный управляющий показал им бассейн и предупредил о том, где он мелкий, а где начинается глубина. Управляющий отеля несет ответственность за свою «зону отдыха». А море — общее, хозяина у него нет. И никто никого ни о чем не предупреждает. Так было и 9 августа, когда все случилось.

«Когда на пляж приехала полиция, первое, что меня спросили, — не пили ли мы перед купанием спиртные напитки?
Словно им хотелось сразу повесить вину на погибших.
Когда же я спросила полицейских, что происходит с морем, они пожали плечами — такое бывает.
Юра не любил плавать и никогда вообще не отплывал далеко от берега. Если была бы хоть капля