(18+) СОДЕРЖАНИЕ ЭТОЙ ПУБЛИКАЦИИ ПРОИЗВЕДЕНО, РАСПРОСТРАНЕНО ИЛИ ПЕРЕДАНО ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ КОЛЕСНИКОВЫМ АНДРЕЕМ ВЛАДИМИРОВИЧЕМ ИЛИ КАСАЮЩЕЕСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА КОЛЕСНИКОВА АНДРЕЯ ВЛАДИМИРОВИЧА.
Фото: Евгений Биятов / POOL / ТАСС.
Вожди в авторитарных политических системах хорошо понимают необходимость общественных ритуалов и предлагают новые формы политически окрашенных церемоний. Президент прибыл в Красноярск, где цены на бензин упали до приезда высшего руководства, дети, участвовавшие в ритуале поклонения верховной власти, скандировали «Путин! Путин! Путин!» – почти как спикер Володин на закрытии сессии Госдумы. Такие ритуалы самовнушения и демонстрации единства трудящихся всех возрастов вокруг первого лица. Эти ритуалы уже скорее характерны не для авторитарной, а для тоталитарной системы. При авторитаризме нет необходимости в массовых окликах имени правителя.
В таких системах глава государства обязан окружаться любовью народа, получая доказательства своей популярности. Если режим начинает дрожать, эта “любовь” может исчезнуть быстро, за одну ночь. Покупание всеобщей поддержки происходит в трудные моменты для руководителя: после провала бунта Пригожина, который показал легкомысленность и изменчивость народных предпочтений, Путин, несмотря на ограничения из-за пандемии, вышел на контакт с жителями Дербента, а затем Санкт-Петербурга. Ему это было нужно для поддержания своей “любви” и, следовательно, власти.
Красноярск. Фото: «Проспект Мира».
Сегодня мультикризис, вызванный различными событиями, приводит нас к новому этапу эскалации или разочарования в руководстве. Опять нужно пополнение народной любви, даже от детей, которые будут жить при Путине, служить в армии, в оборонной промышленности, операторами БПЛА и верными чиновниками. Можно считать эту поездку предвыборной, связанной с низким рейтингом “Единой России”. Но, вероятно, Путина это мало заботит, так как ему важен его собственный рейтинг, который, хоть и стабилизировался после падения, все еще подвержен апрельским интернет-ограничениям.
Красноярская ярмарка политического тщеславия прошла на фоне трагических событий, но они, к сожалению, стали для общества рутиной. Драма становится обыденной, «рационализация разрушительности», как говорил Эрих Фромм. Власть и обычные люди избегают столкновения с реальностью, потакая своим ритуалам и стремясь сохранить свою тревожность.
Красноярск знаменует новый этап манипулирования общественным мнением, не из-за благополучия. Население, судя по растущей тревожности, зафиксированной ФОМом, находится в неутешительном настроении. Они не ждут ничего от выборов, но ожидают военного положения после них. Такие “ралли” могут стать эмоциональной мобилизацией перед военной мобилизацией, которая может подорвать основы общественного договора.
Фото: Вячеслав Прокофьев / пресс-служба президента РФ / ТАСС.
Фетиш “безопасности”, который продавали власти это все годы, становится насмешкой: в этом сезоне люди спят с паспортами в ожидании худшего. Даже у тех, кто отказывается размышлять, может возникнуть мысль о безопасности общества в целом. Полный отбор прав и свобод населения привел к мультикризису. Власть предпочитает ритуалы и фатализм общества, живущего не в ожидании положительного будущего, а в страхе перед ним.
Власть выжидает возбуждение “инстинкта оборонительной агрессии”, хотя никто точно не знает, что может нарушить этот хрупкий баланс безразличия и агрессивного мышления населения. Такие “ралли вокруг флага” могут быть восприняты как безобидные летние фестивали, но предстоящая осенне-зимняя мобилизация национального праздника может вызвать сомнения в цене “безопасности”. Защищаться от чужого дрона и от своего правительства – это разные вещи.