Обложка книги “Экспедиция в преисподнюю”.
Аркадию Натановичу Стругацкому — старшему из двух великих братьев — сегодня исполнилось бы 101 год.
Неразделимые в глазах своих читателей, они иногда все же писали по отдельности. Борис Натанович делал это лишь после кончины брата (написал две книги под псевдонимом С. Витицкий), а перу Аркадия принадлежат три произведения, написанные под псевдонимом С. Ярославцев.
Это “Дьявол среди людей” (последнее, что написал Аркадий Стругацкий, уже в 1991 году), “Подробности жизни Никиты Воронцова” (1984) и, наконец, сказочная повесть “Экспедиция в преисподнюю” (1974‒1984); о ней братья говорили, что это на 90% творчество Аркадия, и на 10% — обоих соавторов.
Вот о последней повести и хочется напомнить — не очень ласково встреченной критиками, как “отстраненной от социальной проблематики” и наполненной “принципиальной пародийной несерьезностью”.
“ЭП” — тот редкий случай, когда в творчестве АБС действительно встречается сказка, наряду с “Повестью о дружбе и недружбе”.
Конечно, “Понедельник начинается в субботу” назван авторами “сказкой для научных работников младшего возраста”, а “Сказка о тройке” уже в названии отсылает к этому жанру, но все же это совсем не сказки.
А вот “ЭП” — на самом деле сказка. И очень поучительная. И интересная не только для детей и юношества, но и для куда более взрослого читателя.
Действие происходит в далеком будущем Земли и наполнено мгновенно узнаваемыми отсылками не только к мировой литературе, но и к кинематографу.

Трое главных героев носят мушкетерские имена: Атос, Портос и Арамис: “Были они неразлучны, готовы были друг для друга на любые подвиги и дружбу свою ставили превыше всего”.

Правда, профессии у них были вполне мирные: мастер, спортсмен и ученый. При этом “всем известно, что мастера на нашей планете заняты созданием неописуемо прекрасных произведений искусства и конструированием неслыханно могущественных механизмов; спортсмены развивают замечательные возможности человеческого организма и доводят до совершенства красоту человеческого тела; а ученые — они ученые и есть: замышляют дерзкие походы к самым истокам вещества и планируют чудесные превращения живой материи”.

Друзья-мушкетеры (как и их предшественники) были “порядочные шалопаи”. И притом (как и предшественники) — очень разные люди.

“Как-то каждому из них задали один и тот же вопрос: «Что тебе интереснее всего, когда перед тобой поставлена цель?» Мастер Атос пожал плечами и небрежно ответил: «Пожалуй, искать средства для достижения этой цели». Спортсмен Портос воскликнул, не задумываясь: «Конечно, добиваться этой цели во что бы то ни стало!» А ученый Арамис произнес своим обычным тихим голосом: «Наверное, узнать, что будет после того, как я достигну этой цели».
Когда-то, в юности, когда “ЭП” в первый раз попалась в руки, этот абзац, что называется, “не зацепил”. Чтобы его понять, понадобилось время — и по его прошествии самым важным стал представляться именно “принцип Арамиса”: а что будет после достижения желанной цели?
На Землю нападают космические пираты, стремящиеся похитить землян для продажи в рабство, — и трое друзей бросаются в бой.
“Мы очень давно не воевали, но мы вспомним, как это делается, — говорит мастер Атос. — Вот что я предлагаю. Прежде всего, конечно, надо оповестить Всемирный совет. Там сидят умные люди, и они, несомненно, придумают что-нибудь солидное. Но мы не будем их дожидаться. Как солдаты мы не хуже и не лучше любого из десяти миллиардов людей, населяющих планету. Но мы первыми обнаружили преступников, и мы первыми примем бой”.
Друзья выигрывают бой — сорвав планы пиратов, но дорогой ценой: гибнет Портос, и пираты похищают его возлюбленную Галю. Она оказывается в плену у шайки под предводительством Двуглавого Юла — описание которого немедленно вызывает в памяти его прообраз:
“Он стоял, расставив длинные тощие ноги и привычно положив на кобуры пистолетов, свисающих на бедра, огромные руки в черных перчатках”.
Сейчас это уже подзабыто, а тогда, в 1974-м, когда “ЭП” печаталась в журнале “Памир”, а затем в альманахе “Мир приключений”, наверное, не было в Советском Союзе мальчишки (и не только), который не смотрел бы “Великолепную семерку”.
И не помнил бы одного из главных ее героев, Криса Адамса, которого в фильме сыграл Юл Бриннер.
Бритая голова, черная одежда, руки в перчатках, кобуры на поясе — точь-в-точь, как и Двуглавый Юл…
Не будем пересказывать дальнейший сюжет: кто читал повесть, тот знает, а кто не читал — тому предстоит большое удовольствие.
Скажем только, что в “ЭП” встречается еще немало героев фольклора. Например, чудо-доктор Итай-Итай, он же — Доктор Айболит, пришелец из будущего, заброшенный в прошлое, чтобы воскресить Портоса, который должен жениться на Гале, ведь доктор является их далеким потомком.
Планируя разделаться с главным злодеем повести — Великим Спрутом — друзья констатируют: “имеет место грубый шантаж со стороны внеземного противника, хорошо оснащенного технически, безнадежно отсталого психологически и решительно ничем не обремененного морально-этически”.
Эта формула потом окажется чрезвычайно распространенной — и не в фантастике, а в реальности, включая сегодняшнюю. Разве что противники — не внеземные, а вполне доморощенные.
Они побеждают в этой борьбе — и главную роль в этом сыграют Иван, сын Портоса и Гали, и Двуглавый Юл, ранее похищенный тремя мушкетерами, потом исцеленный доктором Итай-Итай и перешедший на сторону землян.
Двуглавый Юл погибнет в финальной схватке — уничтожив в решающий момент ядовитое чудовище, Конопатую Сколопендру:
“Перед строем тарантулов пригнулась к прыжку разъяренная Сколопендра.
Перед строем спайдеров стоят готовые к смертельной схватке флагман Макомбер с поднятым мечом и Ваня с кулаком, отведенным назад для встречного удара.
А слева, правым боком к ним, стоит у откинутой воротины Двуглавый Юл.
— Эй ты, дрянь! А ну, повернись ко мне! — гаркнул он в обе глотки и сорвал с правой головы черную повязку.
И пораженный Ваня увидел: из пустой правой глазницы выдвинулся вороненый ствол пулемета.
На крик Конопатая Сколопендра круто повернулась к Юлу.
— Первым хочешь быть ты? Изволь!.. — просипела она.
Последнее, что в своей многовековой зловонной жизни увидела Конопатая Сколопендра, было черное дуло, уставившееся на нее в упор. Затем из дула брызнуло сине-багровое пламя, загремела длинная очередь, и из правого уха правой головы Двуглавого Юла посыпались, звонко ударяясь о каменный пол, горячие гильзы”.
А потом, когда покончит с собой Великий Спрут, в руках землян окажется его главный подручный — Искусник Крэг, “изобретатель контрактора, машин на мозгах носителей разума и еще многих других подлостей”. И обратится к Ване с очень знакомой речью:
“Я могу, я очень могу, я бесценен, я ученый и изобретатель. Я могу пригодиться любой расе и любой власти. Мозг мой является хранилищем множества тайн о природе и духе, я пригоден для служения любой цивилизации!”
И получает немедленный ответ:
“— Что? — подавляя бешенство, говорит Ваня. — Что вы на меня смотрите, Рамкэг? Кончайте эту гадину, не валяйте дурака!
Многому, ох многому научился Ваня за несколько минут экспедиции в преисподнюю…
Ну в финале повести Иван женится на красавице Тзане (несмотря на ее внеземное происхождение, именно от их любви впоследствии произойдет чудо-доктор Итай-Итай), а его родители — Галя и Портос — отправляются на далекую Черную Скалу, где похоронен Двуглавый Юл.
“Там, на каменистой вершине, была могила. И на могильную плиту, низко склонившись, мать и отец Вани положили по букету северных цветов”.
Может быть, и маловато в этой повести “социальной проблематики”, как сетовали критики. И много “пародийной несерьезности”.
Но за этой кажущейся несерьезностью — глубокие смыслы и нестареющие ценности.
“Экспедиция в преисподнюю” — о дружбе и мужестве, о верности и чести, о стойкости и преданности. И конечно, как во всякой сказке, добро торжествует над злом, каким бы коварным и сильным это зло ни представлялось.

Недаром эта, хотя и не очень похожая на творчество Стругацких, повесть неизменно включалась во все их собрания сочинений — как интересная не только для тинейджеров, но и для куда более старших читателей.