Что произошло?
22 сентября страны Евросоюза согласились исключить двух российских миллиардеров из списка санкций: основателя USM Holdings Алишера Усманова и соучредителя Alfa Group Михаила Фридмана.

Также было соглашение продлить более широкий список, включающий более 3000 человек и организаций, до 22 сентября 2029 года. Ранее этот список пересматривался каждые шесть месяцев.

Исключение Усманова и Фридмана было ключевым политическим условием для такого длительного продления. Франция требовала исключить Усманова и, взамен, добилась помилования одного из своих граждан в Азербайджане. Люксембург требовал исключить Фридмана; бизнесмен подал иск на сумму 16 миллиардов долларов против страны.

Почему вся Евросоюз должен был послушаться требований Франции и Люксембурга?
Потому что решения о санкциях ЕС требуют единогласного одобрения всех 27 стран-членов. У каждой страны есть возможность вето.

Это правило также затянуло продление. Страны ЕС не смогли достичь согласия вовремя и, столкнувшись с перспективой истечения срока действия всего списка, продлили его всего на семь дней — до 22 сентября. Это дало им время для переговоров.

Дата истечения срока действия списка санкций первоначально была назначена на ночь 15 сентября. 14 сентября, за день до дедлайна, постоянные представители стран ЕС приняли экстренное решение о временном продлении. Дело Усманова вызвало ожесточённые разногласия внутри блока: Словакия, а затем Франция, выдвинули ультиматум о том, чтобы санкции против него были сняты. Другие 25 стран заблокировали предложение. Напряжение возросло, когда Люксембург выдвинул аналогичное требование относительно Фридмана. К 22 сентября Латвия была единственной страной, оставшейся против компромисса. В последний момент она согласилась, сняв своё вето через дипломатическую процедуру, известную как “конструктивное воздержание”.

Как рассказала Алёна Вандышева, исполнительный директор Transparency International Russia, Meduza, исключение двух российских миллиардеров из списка было, в данных обстоятельствах, единственным способом сохранить все остальные санкции в силе:
Решение Совета (КПБ) 2026/2161 от 22 сентября 2026 года как раз продлило весь предусмотренный режим индивидуальных санкций и служило основой для исключения Алишера Усманова и Михаила Фридмана из списка. О них отдельного голосования не было. Если бы, скажем, Эстония проголосовала против, все санкции могли бы потерпеть неудачу.
Кто-нибудь ещё добился исключения из списка таким образом?
Да, хотя другие случаи не совсем сравнимы с Усмановым и Фридманом.
Вандышева заявила, что каждый случай уникален, хотя некоторые имеют общие черты: “Решений, подобных этим, в Европе не так уж и много, и они [в основном] касаются бизнесменов, для которых нет доказательств, что основания для санкций по-прежнему действуют”. Ограничения также могут быть сняты, если оказывается, что не хватало доказательств для их обоснования изначально.

Связанный материал
‘Триумф денег, грязи и лицемерия’: решение ЕС снять санкции с российских миллиардеров Фридмана и Усманова вызывает негодование
Каковы некоторые конкретные примеры?
В сентябре 2022 года ЕС снял санкции с сестры Усманова, Саодат Нарзиевой, и бывшей жены Фридмана, Ольги Айзиман. Вандышева сообщила Meduza, что это произошло в рамках регулярного пересмотра списка санкций, без судебного решения. Представитель Нарзиевой заявил, что санкции были основаны на ложных обвинениях, которые позже были опровергнуты. Но Совет ЕС не разгласил конкретные причины их исключения, сказала Вандышева:

Так происходит в большинстве случаев. Конкретные причины исключения Алишера Усманова и Михаила Фридмана из списка санкций также не были обнародованы. На сайте Европейской комиссии отмечается, что дискуссии о санкциях являются строго конфиденциальными, поэтому позиции отдельных государств-членов не раскрываются.

Санкции также были сняты против других родственников бизнесменов, на которых были наложены санкции, заявила Вандышева: “К примеру, у матери Евгения Пригожина, Виолетты Пригожиной, и сына известного бизнесмена Дмитрия Мазепина. Обвинение в отношении Никиты Мазепина заключалось в том, что его карьера в Формуле-1 была финансирована через Уралкалий. Суд пришел к выводу, что простое семейное связь с лицом, на которое были наложены санкции, не может считаться достаточным доказательством”.

В некоторых случаях люди были исключены после судебного разбирательства. Так случилось с бывшим вице-президентом Sistema Сергеем Мндоянцем и бывшим генеральным директором Ozon Александром Шульгиным. После наложения санкций Шульгин ушел с поста генерального директора Ozon и покинул совет директоров компании. В сентябре 2023 года суд ЕС частично поддержал его апелляцию, и через несколько дней Совет ЕС не продлил санкции против него.

Подобный случай произошел с Аркадием Воложем: он публично назвал полномасштабное вторжение России в Украину “варварским”, отделил себя от российского Яндекса и инициировал отделение Yandex NV от своих российских активов. В марте 2024 года Совет ЕС не продлил санкции против него. Однако в этом случае, сказала Вандышева, решение было под воздействием “конфиденциальных дискуссий” в Совете, а не судебного.

Дмитрий Пумпянский – один из таких примеров, сказала Вандышева. Он ушел из руководящих должностей в ТМК и Синара, после чего суд аннулировал несколько решений о продлении санкций против него. Затем Совет ЕС дополнил своё доказательство и сохранял ограничения в силе. К 2026 году Пумпянский остается в списке санкций.

Таким образом, санкции могут быть сняты по разным причинам.
Как кто-то исключается из списка санкций?
Есть несколько способов.
Во-первых, Совет ЕС может исключить человека или компанию при обзоре списка. Он может отказаться продлевать санкции, если считает, что основания для них больше не применимы или убедительны. Или он может принять решение по политическим причинам, как это произошло с Усмановым и Фридманом.

Во-вторых, человек может обратиться в Генеральный секретариат Совета ЕС с просьбой о снятии. По словам Вандышевой, эту процедуру можно использовать, если “критерии включения в список санкций больше не удовлетворяют” — например, из-за изменения обстоятельств.

И, наконец, санкции могут быть обжалованы в суде. Такие случаи рассматриваются судами стран-членов ЕС и Генеральным судом ЕС в Люксембурге. Если суд приходит к выводу, что Совет не доказал, что лицо отвечает критериям для санкций, опирался на устаревшую информацию или допустил ошибку в оценке, решение о наложении или продлении санкций может быть аннулировано. Конечное решение о санкциях принимает Совет ЕС. Политическая поддержка со стороны Европейской комиссии также играет значительную роль, сказала Вандышева.
Так что санкции могут быть сняты без судебного решения — и без открытого процесса?
Фактически, да. Вандышева сказала, что это вызывает вопросы относительно прозрачности процесса и подвергает сомнению эффективность санкций как инструмента:
Для ЕС снятие санкций – это способ показать, что устойчивая поддержка Украины и отказ от сотрудничества с Кремлем предлагают эффективный выход из санкций. Но в каждом случае этот механизм далеко не очевиден. Логика становится особенно затруднительной, когда Совет ЕС исключает кого-то после закрытых дискуссий, не объясняя, почему. Это ослабляет устрашающее воздействие санкций и стимул соблюдать их, а также предоставляет возможность для политического баловства.
Обратимся к Усманову и Фридману. Пытались ли они добиться снятия санкций в суде?
Они сделали это.
В апреле 2024 года Михаил Фридман и Петр Авен выиграли решение суда ЕС, аннулирующее решения о санкциях, которые действовали на них с февраля 2022 года по март 2023 года. Суд пришел к выводу, что Совет ЕС не предоставил достаточно доказательств того, что Фридман и Авен “поддерживали действия, подрывающие территориальную целостность Украины, предоставляли материальную или финансовую поддержку российским лидерам или выгоду от них”, сообщила Вандышева Meduza.
Фридман не сняли с списка на тот момент: Совет ЕС продолжал продлевать санкции против него каждые шесть месяцев. Суд аннулировал решения на определенный период, в то время как более поздние решения оставались в силе.
Алишер Усманов также оспаривал санкции в суде ЕС, но потерпел поражение в феврале 2024 года. Суд пришел к выводу, что у Совета ЕС было достаточно доказательств, чтобы оставить его в списке.
Усманов также оспаривал утверждения в европейских изданиях, которые были использованы в качестве доказательства для санкций, обратившись с вопросом в национальные суды. В январе 2024 года Гамбургский региональный суд запретил циркуляцию утверждений журнала Forbes о том, что Усманов якобы “был марионеткой” для Путина и занимался его делами. В январе 2026 года тот же суд запретил FAZ повторять несколько утверждений о связях миллиардера с российскими