Старики управляют миром,
Суетятся, как злые мыши.
Им по справке, выданной МИДом,
От семидесяти и выше.
Откружили в боях и в вальсах,
Отмолили годам продленье
И в сведенных подагрой пальцах
Крепко держат бразды правленья».
– Александр Галич, «Неоконченная песня», 1964–1965
К началу 1970-х Советский Союз превратился в потребительское общество, что средствами киноискусства было отражено в ленте Эльдара Рязанова «Ирония судьбы», как и в иных образцах советского кино и городской прозы, прежде всего, в повестях Юрия Трифонова. Но система, вошедшая в зрелое состояние, начала стареть, склеротизироваться, свернула разрядку, начала бессмысленную Афганскую войну, потеряла моральную и материальную опоры — и развалилась.
К первому десятилетию XXI столетия Российская Федерация превратилась в потребительское общество, что нашло отражение в образе жизни россиян, переставших, по крайней мере, в больших городах, отличаться от жителей западных столиц. Но система, вошедшая в зрелое состояние, начала стареть, склеротизироваться, разорвала отношения с Западом, начала СВО, напугала ближайших соседей — бывшие республики СССР, потеряла моральные и благодаря путиномике начала терять материальные опоры… И в той, и в другой модели у власти — геронтократия.
По утрам их терзает кашель,
И пово́дят глазами шало
Над тарелками с манной кашей
Президенты Земного Шара.
Политический атеросклероз поразил Советский Союз в 1970-е годы. Развал системы начался бы гораздо раньше, если бы не нефть Самотлора, газопроводы «Дружба-1» и «Дружба-2» и не разрядка международной напряженности начала 1970-х, несколько сгладившая эффект политических заморозков после вторжения в Чехословакию в 1968 году. Но холестериновые бляшки застойной политики, задавившей «внутреннюю Чехословакию» и заблокировавшей все механизмы обратной связи с обществом, привели к полному экономическому и политическому склерозу.
Система умирала вместе с ее людьми, геронтократами, как если бы и сама была живым организмом. Удивительное переплетение политического и биологического состояния. Окопократы вместо технократов?
Несколько лет тому назад они начали готовить себе не столько смену, сколько поколение поддержки. Поддержки штанов в буквальном смысле, потому речь шла о подготовке с помощью разных «школ губернаторов» и тому подобных структур большой группы технократов. Эти сорока- и пятидесятилетние люди должны были, сохраняя высочайший уровень лояльности системе, обучаться современным практикам управления и тренировать стрессоустойчивость.
– В этом мире — ни слов, ни сути,
– В этом мире — ни слез, ни кро́ви!
– А уж наши с тобою судьбы
– Не играют и вовсе роли!
Путинская система, несмотря на то, что находит свой эликсир молодости и источник милитаристской пассионарности в «наших ребятах», то есть молодых поколениях, которые должны защищать систему, удобную геронтократам, заметным образом стареет.
Геронтократия склоняется к автократическому правлению даже в демократических государствах — см. пример Трампа. В России автократы стали геронтократами — это связанные вещи. Их мотивация — никуда и никогда не уходить.
– В этом мире — ни слов, ни сути,
– В этом мире — ни слез, ни кро́ви!
– А уж наши с тобою судьбы
– Не играют и вовсе роли!
