Не так давно канцлер Германии Фридрих Мерц выглядел как тот редкий европейский лидер, который не стеснялся называть вещи своими именами. Его высказывания после публикации видеозаписей с израильскими заложниками, удерживаемыми ХАМАС, о недопустимости пыток, террора и использования мирных жителей как живого щита звучали как голос совести. Он утверждал, что Израилю принадлежит право на самооборону, подчеркивая, что ХАМАС не должен играть никакой роли в будущем секторе Газы. Однако внезапно все эти слова были перечеркнуты. Решение канцлера приостановить поставки вооружений Израилю стало не просто дипломатическим промахом, а политической капитуляцией перед террористической организацией.

Последствия этого решения уже начали проявляться в немецкой экономике. Немецкая компания Renk рассматривает возможность переноса части производства в США после введенного канцлером запрета на экспорт военной продукции в Израиль. Генеральный директор компании Renk Александр Загель заявил Financial Times, что компания обсуждает альтернативные планы. Ситуация также получила большой политический резонанс, хотя Израиль приносит компании всего 2–3% общего оборота. Компания Rheinmetall также отказалась от поставок в Израиль.

История Европы знает, к чему приводят подобные шаги. В 1938 году лидеры западных держав, желая сохранить иллюзию мира, подписали Мюнхенское соглашение, отдав на растерзание демократическое государство в надежде на “умиротворение” диктатора. Сегодня подобный менталитет приводит к тому же: необходимо снизить напряженность. Однако как тогда, так и сейчас результат один – агрессор воспринимает уступки как знак к новым шагам.

Решение Мерца уже вызвало бурю негодования в самой Германии. Депутаты его партии (ХДС) и союзного ХСС назвали этот шаг “грубой стратегической ошибкой”, “разрушительным сигналом” и “уступкой антисемитской толпе”. Критику высказал крупный политик Маркус Зёдер, выражая опасения относительно будущих отношений с Израилем. Решение канцлера вызвало напряженность внутри блока ХДС/ХСС, свидетельствуя о глубоких разногласиях по данному вопросу.

Попытки Мерца прояснить свою позицию только усугубили ситуацию. В результате Фридрих Мерц столкнулся с серьезным недопониманием после принятого решения. Моральная дилемма заключается в том, что нельзя одновременно заявлять о праве Израиля на самооборону, лишая его средств для этой защиты.

И пока в Европе обсуждают слова, дети наших соседей вынуждены воевать. Война ужасна, но добрые и чуткие израильтяне вынуждены идти на войну ради защиты своего народа. Действия Мерца повторяют старые и опасные европейские иллюзии, которые ведут к предательству собственных принципов. История запомнит их действия, а не слова.