15 апреля 2025 года Нагатинский районный суд Москвы приговорил четырех журналистов: Антонину Фаворскую, Артема Кригера, Константина Габова и Сергея Карелина к пяти с половиной годам колонии. По версии обвинения, за «экстремизм, в который они были вовлечены Алексеем Навальным и его командой». Семь месяцев спустя, в ожидании апелляции, четверо осужденных находятся в московских СИЗО.
Мы продолжаем нашу рубрику «Письма со шконки» и пытаемся переписываться с разными арестантами по всей России. К сожалению, цензура в некоторых учреждениях все чаще не пропускает письма. Иногда вместо писем нашим адресатам приходят лишь пустые бланки для ответов.
Реакцию на первое письмо «Новой» журналисту Сергею Карелину, отправленное вскоре после приговора, мы не получили. Написали снова и на этот раз получили ответ. Сергей много лет работал на разных телеканалах, сотрудничал с российскими и западными телекомпаниями, часто ездил в командировки, поэтому когда его арестовали, то двухлетней дочери сказали, что папа снова «в командировке».
В «последнем слове» на суде Карелин прочитал сказку, которую он написал для дочери. Сказку о том, как однажды он был в экспедиции на Севере, а «темные силы его схватили и заточили в замок», из которого он не смог выбраться, чтобы вернуться к своей прекрасной дочери-принцессе… Новых сказок он дочери больше не пишет, рисует сказочные рисунки.
«Сегодня 13.10, получил ваше письмо 10.10, в этот день исполнился год, как я сижу в «Матросске». А вообще я сижу полтора года, но так как до апелляции у меня один день за полтора, то отсидел уже два года и три месяца от срока. Дни все похожи друг на друга, это да, но время летит очень быстро, долго оно шло только первый месяц после ареста, когда я сидел один в городе Апатиты.
Потом был этап в Москву, первый шок прошел, и время быстро пошло. У всех, с кем я тут говорю, время быстро идет, пойдет оно долго, когда останется мало сидеть. Обычный день, без выхода из камеры на звонки или свидание, примерно такой: встаю в 6‒7 утра, часовая прогулка во дворике на крыше СИЗО, завтрак, пишу письма, точнее, отвечаю на них до утренней проверки, после нее всегда играю одну партию в шахматы.
Потом весь день я то читаю, то отвечаю на письма. Телек у нас не выключается, поэтому я иногда что-то смотрю. Редко получается посмотреть хороший фильм, но позавчера вся камера по моему совету смотрела «Географ глобус пропил», и всем даже фильм понравился. Новых сказок я пока не писал для дочки, а рисунки рисую про те приключения, которые у нас будут, когда я вернусь.
«Сегодня 13.10, получил ваше письмо 10.10, в этот день исполнился год, как я сижу в «Матросске». А вообще я сижу полтора года, но так как до апелляции у меня один день за полтора, то отсидел уже два года и три месяца от срока. Дни все похожи друг на друга, это да, но время летит очень быстро, долго оно шло только первый месяц после ареста, когда я сидел один в городе Апатиты. 步
Потом был этап в Москву, первый шок прошел, и время быстро пошло. У всех, с кем я тут говорю, время быстро идет, пойдет оно долго, когда останется мало сидеть. Обычный день, без выхода из камеры на звонки или свидание, примерно такой: встаю в 6‒7 утра, часовая прогулка во дворике на крыше СИЗО, завтрак, пишу письма, точнее, отвечаю на них до утренней проверки, после нее всегда играю одну партию в шахматы. 步
Потом весь день я то читаю, то отвечаю на письма. Телек у нас не выключается, поэтому я иногда что-то смотрю. 步
Редко получается посмотреть хороший фильм, но позавчера вся камера по моему совету смотрела «Географ глобус пропил», и всем даже фильм понравился. Новых сказок я пока не писал для дочки, а рисунки рисую про те приключения, которые у нас будут, когда я вернусь. 步
Ей сейчас три года и семь месяцев, и она уже спрашивает не где я и когда я вернусь, а почему я уехал в командировку и почему не возвращаюсь. Ложусь я всегда в 22 часа. Новых сказок я пока не писал для дочки, а рисунки рисую про те приключения, которые у нас будут, когда я вернусь. Последний рисунок был про то, как мы плывем на красной лодке по реке «Великая». Место нарисовал похожее на то, что рядом с нашей деревней, там крутой поворот реки и высокий берег с сосновым лесом.
Помимо рисунков про приключения нарисовал две картинки про замок, в который я попал, а злодеи меня стерегут, но мама Миры не показывает ей эти рисунки, чтобы не пугать. Один из них вы можете посмотреть в телеграм-канале «Карелин в командировке».
Какие [книги] читать, а какие нет в заключении, зависит от человека, конечно. Но вот духоподъемную книгу Виктора Франкла «Сказать жизни «Да!» полезно всем прочитать. Еще я читал «Не убоюсь зла» Натана Щаранского, кажется, эта книга поддерживала в заключении одного известного человека. Очень понравились кавказские повести Льва Толстого, особенно «Кавказский пленник». Я старожил в камере, старые соседи разъехались по лагерям, заехали новые, много людей уже разных повидал.
Рисунок Сергея Карелина.
