Эрик Булатов находился на выставке в Екатеринбурге в марте 1975 года. В один вечер стоматолог Кира Ильинична Лукомская предложила своему другу Владе познакомиться с художником Эриком Булатовым. Встреча произошла в мастерской на Чистых прудах, где Эрик и другой художник Олег Васильев рассматривали сюрреалистические рисунки Влада. Эрик был вежлив и доброжелателен, отметил подражание Дали, их обсуждение привлекло много гостей.

На недавней выставке нонконформистов на ВДНХ в павильоне «Пчеловодство» висели различные работы, которые понравились многим, в том числе Целкову, Штейнбергу и группе «Гнездо». Эрик отказался принять участие, так как чувствовал, что его мастерская становится центром важных событий. В его картинах он старался показать столкновение идеологии и пространства, что вызывало сильное воздействие на зрителей.

Эрик Булатов вспоминает разные моменты своей жизни, включая противостояние сталинистским педагогам, свой интерес к произведениям Шостаковича и сложные отношения с КГБ. Эрик постепенно отходил от сюрреализма, переходя к более живописным работам без использования лозунгов. Его картины начали отражать темные стороны тоталитарной энергии.

Среди его приятелей были известные имена, такие как Всеволод Некрасов, Дмитрий Пригов, Сергей Шаблавин, Борис Орлов, Владислав Лебедев. Он разделял свои произведения с коллегами по андеграунду, среди которых были недопонимания и разногласия в тематике искусства.

Эрик Булатов и его коллеги из андеграунда отличались от советской нормы взглядов и стиля жизни. Он говорил о своем внутреннем противостоянии с советской действительностью и обосновывал свое творчество через интерес к столкновению различных реальностей.

Он развивал свой художественный стиль, отдавая предпочтение живописным произведениям без использования плоских лозунгов. Его работы проникали темную энергию тоталитарного режима и вызывали интерес у зрителей. Со временем он понял значимость эстетики, которая отличала его от других художников.

К сожалению, некоторые его произведения вызывали недопонимание и критику у коллег, чего неизбежно встречал Эрик с самокритикой и пониманием. Несмотря на это, его искусство оставалось актуальным и запоминающимся. В последующие годы его работы стали пользоваться все более широким признанием и востребованностью.

Эрик Булатов продолжал развивать свой творческий путь, оставаясь верным своей аутентичности и уникальности. Его искусство неуклонно взращивало новые культурные поколения, и его влияние оставалось непреходящим.