Нет моста. Его просто сломали, — разводит руками житель села Авдотьино. — Человек упал, и буквально через неделю мост сломали. Он просто шел пьяный и упал. Пьяный человек где угодно может упасть. И что теперь? Если я иду выпимши, упаду на обочину с дороги, значит, дорога нам не нужна? Ее надо ломать? Так получается? Это уже просто беспредел…

В Авдотьино (Московская область) постепенно ликвидировали всё: совхоз, школу, больницу, аптеку, магазин. А в сентябре снесли мост, соединяющий это село с соседним, где инфраструктура еще осталась. И уже третий месяц авдотьинцы гадают: как им теперь жить?

Храм в селе Авдотьино.
Фото: Алексей Душутин / «Новая газета».

В начале осени в селе Авдотьино, что в Ступинском округе Московской области, случилось событие, запустившее череду реноваций и материализаций в инфраструктуре поселения на сотню жителей. Произошел тот самый взмах крыла бабочки. Только бабочка была нетрезва и воплощалась в местном жителе с шатающейся походкой. Не буду наговаривать: может, человек-то хороший и повод выпить был, да и подвесной мост, который встал у него на пути, уже давно нуждался в капитальном ремонте. Случилось досадное падение. Правда, без документального подтверждения, но мы верим. Холодные воды реки Северки быстро привели мужчину в чувство, и понеслась жалоба на конструкционную обветшалость моста со скоростью бурных вод прямиком в администрацию Ступинского района.

Дематериализация одновременно с демонтажом произошли стремительно, будто ждали своего повода. Был мост — и вот его не стало. «У вас есть второй», — ответили чиновники на шквал возмущений от жителей Авдотьино. И с этим придется согласиться. В двух сотнях метров от снесенного расположена грубая, но основательная пешеходная переправа из бетона — если упадешь, то так и останешься лежать. Есть одно «но», даже два. Подход к этому мосту — земляные ступеньки, которые в период дождей превращаются в удивительный аттракцион. И второе — в период весеннего половодья бетонные плиты заливаются водой и перестают выполнять свое назначение.

Деревянные ступеньки, ведущие к бетонному мосту.
Фото: Алексей Душутин / «Новая газета».

К началу ноября спуск к бетонке все же оборудовали деревянными ступеньками и перилами. О выполненной работе отчитался в своем телеграм-канале глава городского округа Ступино Сергей Мужальских. Кроме прочего, чиновник провел собрание с активом местных жителей Авдотьино.

Помните, как в «Формуле любви»? «Лучшее средство от ипохондрии — беседа. Слово лечит, разговор мысль отгоняет». Это была присказка, а сказка впереди.

И ведь не зря я упомянул замечательный фильм Марка Захарова. В 1984-м именно в селе Авдотьино снимали несколько сцен знаменитой кинокомедии. Мосты и фильмы Захарова — явный задел для нескучного времяпрепровождения. С такими мыслями я покинул Санкт-Петербург и направился в сторону Москвы. В Авдотьино въезжаешь по хорошей асфальтированной дороге, по обеим сторонам которой расположились небедные дома коттеджного типа.

Как потом выяснилось, основной демографический прирост села происходит за счет дачников и людей, которые в состоянии пережить неудобства жизни вне мегаполиса. Костяк коренных жителей — около сотни, и вот среди них много пенсионеров и людей без личного транспорта. А ходить приходится много, ведь в самом Авдотьино нет даже продуктового магазина — единственный от райпо (районный потребсоюз) закрыли более пяти лет назад. Что уж говорить про школу и больницу, их в селе нет и подавно. Вся нужная инфраструктура расположена в соседнем Большом Алексеевском, куда все стопы и устремляют: кто подлечиться, кто за продуктами, а кто и на работу, то есть ежедневная оздоровительная ходьба в моде и мост ой как нужен.

Закрытый несколько лет назад продуктовый магазин.
Фото: Алексей Душутин / «Новая газета».

Центральная улица Гамалея привела к тому самому закрытому магазину. Рядом — автобусная остановка, только расписания автобусов нигде не видно. В публикациях СМИ сообщалось, что в селе нет детей, за исключением ребенка с инвалидностью, к которому учитель приходит на дом. Но на красной кирпичной стене бывшего магазина — явное «опровержение»: «С + В = ♥️», «Р + Т = ♥️ (зачеркнуто)», «Тут были мы» и другие надписи, включая нецензурные.

Хотелось бы верить, что здесь живут взрослые люди с непосредственным чувством эмпатии и эта стена — особое поле для важных заметок. Но дальнейшие беседы с местными жителями догадки подкрепили — дети в селе есть. Тропинка, спускающаяся к реке с бетонным мостом, ничего, кроме грязной обуви и промокших носков, не сулила. Ощущение комфорта от асфальтированной центральной дороги быстро улетучилось. К одежде то и дело приставали репейники. Вид пожухлой примятой травы рождал ассоциации с прической Дональда Трампа. Как его только еще не обвинили во всех несчастьях села Авдотьино?

Вот и деревянный настил, уходящий вниз к мосту через реку. На каблуках здесь не походишь: сурово и без изысков. Бетонные блоки — чуть меньше размерами тех, из которых в Египте пирамиды строили. Явно клали надолго, с заделом на будущее. Такую конструкцию в момент не демонтируешь — понадобится тяжелая строительная техника, которой еще подъезд нужно организовать. Плюхнись с этого моста в воду хоть с десяток выпивох, вряд ли администрация решится на его замену. Только на склоне со стороны соседнего села подход не обустроен, возвращаться кубарем — удовольствие не из приятных. Ах да, короткий световой день при отсутствии каких-либо намеков на уличное освещение побуждал ускориться.

Бетонный мост в селе Авдотьино.
Фото: Алексей Душутине / «Новая газета».

План состоял из трех пунктов: 1. Выйти на людей и установить контакт. 2. Запечатлеть отсутствие подвесного моста. 3. Добиться комментария администрации. Как назло, люди будто испарились. То есть они мелькали тут и там, дразнили призрачным присутствием, создавали картину глубинного российского Твин Пикса. Выражаясь словами Маргадона из «Формулы любви», «жуткий город: девок нет, в карты никто не играет». Издревле села образовывались вокруг церкви, и зачастую именно там хранились разные метрики и исторические свидетельства жития мирян. Звонницу и небольшие маковки, увенчанные крестами, мы заметили еще от закрытого магазина.

Церковь Тихвинской иконы Божией Матери — как и полагается для села: выше храма построек нет. Связь с Богом по кратчайшему маршруту.

Вид на Церковь Тихвинской иконы Божией Матери.
Фото: Алексей Душутин / «Новая газета».

Церковь в стиле русского барокко постройки конца XVIII века расположена на берегу уже знакомой реки Северки чуть выше по течению относительно бетонного моста. Историю постройки храма рассказали женщины, встреченные уже ближе к концу нашей поездки. Основал его на территории своего имения Иван Васильевич Новиков, а достройкой занимался его сын — известный просветитель и журналист Николай Новиков вместе с архитектором Василием Баженовым.

Надо сказать, Николай Новиков (ударение на вторую О) вошел в историю, окутанный ореолом таинственности и даже мистицизма. Человек эпохи Просвещения в России, собиратель древностей, составитель крупнейшего русского рукописного собрания алхимической литературы, известного как Герметическая библиотека. Принадлежность к масонской ложе привела Новикова к заточению в Шлиссельбургскую тюрьму по приказу Екатерины II, где он пробыл четыре года и освободился с приходом к власти Павла I.

Многие из изданных Новиковым книг были признаны властью Екатерины II запрещенными и сгорели на кострах просветительской инквизиции. Так вот почему Марк Захаров выбрал эти места для съемок своего фильма! Граф Калиостро, розенкрейцерство, Гильдия мастеров.

Итальянский залетный гость из «Формулы любви» оказался обычным шарлатаном, при этом не лишенным обаяния, зато Николай Новиков почитался простыми людьми. Со страниц своего сатирического журнала «Трутень» он смело внедрял мысль о несправедливости крепостного права, вступая в полемику с печатным органом самой императрицы. Для крестьян села Авдотьино Новиков построил кирпичные дома на четыре семьи, названные им домами связи. Историки сходятся во мнении, что это была фактически первая коммуна в России.

«Дома связи», построенные Николаем Новиковым.
Фото: Алексей Душутин / «Новая газета».

В окне одного из домов заметно движение. На стук выходит, опасливо озираясь, женщина среднего возраста в красной жилетке поверх клетчатой рубашки. Запутавшись в ногах хозяйки, мал