Фото: Sipa USA / ТАСС.

Знаете этот фразеологизм «без руля и без ветрил»? Что такое руль я понимаю, как и вы? А ветрила? Поглядите в словаре — я тоже поглядел. Вот почему-то это устаревшее и почти вышедшее из употребления сочетание пришло мне на ум при внимательном всматривании в текущий момент.

Есть ощущение, что руль у нас существует, а с ветрилами «не все так однозначно». Выходит на трибуну Зюганов и произносит поразительное: «Если вы срочно не примете финансово-экономические и другие меры, то по осени нас ждет то, что случилось в 17-м году. Мы не имеем права это повторять».

Кто эти «мы»? Мы все или отдельно коммунисты? Не могут повторить, стало быть, Октябрь 1917 года? И даже не хотят? Слова Геннадия Андреевича вызвали замешательство, и коммунистам пришлось даже задним числом играть в игру «не верь своим ушам», объясняя, что их лидер имел в виду февраль 17-го.

Но мы-то помним из советского школьного курса, что без Февраля не было бы Октября (он же ноябрь). Что народные массы свергли царя, и это, по сути, изменило ход мировой истории (разумеется, к лучшему). Но случилось это именно в феврале. А в октябре уже большевики скинули тех, кто сделал за них предварительную работу.

Но Зюганову как-то не радостно от исторических воспоминаний, а слова свои с трибуны Думы он произносил 22 апреля, в день рождения Вождя пролетариата.

И в тот же день наверняка возлагал цветы к Мавзолею и произносил восхищенные слова о всемирно-историческом наследии Ильича. Но от повторения 1917 года предостерег. И в тот же день в ТГ-канале «Молодой Гвардии «Единой России» активисты отчитались о приведении в порядок памятника Ленину в сквере бывшего Тракторного завода.

В заблокированном мессенджере доложили о том, что сделали то, что должны были сделать их как бы политические конкуренты. При этом «Единая Россия» позиционируется как партия Путина. Чье высказывание о Ленине хорошо известно: «Управлять течением мысли — это правильно, нужно только, чтобы эта мысль привела к правильным результатам, а не как у Владимира Ильича. А то в конечном итоге эта мысль привела к развалу Советского Союза, вот к чему. Заложили атомную бомбу под здание, которое называется Россией, она и рванула потом. И мировая революция нам не нужна была».

Атомную бомбу, впрочем, изобрели уже после кончины Владимира Ильича. Помните: «…принял с сохой, оставил с атомной бомбой»? Это про товарища Сталина. Который был верным ленинцем, который под страну бомбу подложил такую, что даже его прямые наследники не хотят повторения.

Впрочем, если Сталина соратником Ленина называть можно с известной долей осторожности, то Феликс Дзержинский был просто самым что ни на есть. Но если Ильич под страну заложил бомбу, то Феликс стал Железным. С руками, сердцем и головой соответствующих агрегатных состояний. Памятник Дзержинскому на Лубянке — это почти как Мавзолей на Красной площади.

Только если из Мавзолея порываются вынести тело Ленина и регулярно вбрасывают эту тему по всяким поводам, то Дзержинского, наоборот, хотят вернуть на площадь, где тридцать пять лет лучше всего смотрится новогодняя елка.

Но даже в нынешних реалиях, когда зимний праздник отмечают с начала ноября почти по март, основным символом площади является пустота. Неуютная и красноречивая.

А природа не терпит пустоты. В том числе политическая природа. Имя Дзержинского вернули бывшей Высшей школе КГБ, которая теперь стала академией. Из этих стен вышел Путин и многие его товарищи. Наверное, ностальгия не давала им покоя. Они учились в «имени Дзержинского» и других ассоциаций у них нет, им так привычнее. Теперь их ассоциации должны стать нашими.

Главное, не перепутать, кто чей соратник, наследник, кто оставил с бомбой, а кто ее заложил. И еще не удивляться, что одни и те же люди на протяжении определенного периода времени не просто меняют свою точку зрения, а меняют ее до неузнаваемости.

Вот здесь я и подумал про ветрила. Ветрила — это паруса. Без которых корабль не поплывет. Без руля ему тоже придется туго.

Но рулить худо-бедно есть кому, а вот парусов, чтобы поднять их, наполнить ветром и придать с их помощью кораблю нужное направление — нет.

Идеология, как государственная концепция, запрещена Конституцией. Но всю последнюю треть века власть пытается эту общую для граждан идеологию синтезировать. Как это сделал тот же Ленин. Но придумать ничего не удалось. Эту нишу пытались заполнить суверенитетом. От суверенной демократии до суверенного интернета. Однако массовая публика, приняв концепцию к сведению, не уверовала в нее.

Трудно верить в то, во что не верят даже сами изобретатели. Общество не просто не имеет четкого будущего или программы действий. Оно не только не имеет хотя бы декларативной мечты вроде построения коммунизма. Оно не может поставить даже знаки в очевидных случаях.

Ленин, Сталин, Дзержинский — кто они? Плюс или минус? В Октябре была революция или переворот? С сохой лучше быть или с бомбой? И почему надо выбирать именно между двумя этими предметами, которые не являются антонимами?

Верхи не знают, низы и знать не хотят.

Руль крутится, ветрила не наполняются ни ветром, ни содержанием. Это не плавание — это дрейф. А дрейфующий корабль причалит куда угодно и вряд ли туда, куда хотела бы его истощенная команда.