Олег Свириденко, заместитель министра юстиции РФ, выразился очень откровенно на заседании комиссии Совета Федерации по защите государственного суверенитета. Это тот самый Свириденко, который подписывает все распоряжения о зачислении новой жертвы в реестр иностранных агентов. Среди объявленных иноагентами за 2025 год лишь у 4% было иностранное финансирование. До 2022 года основным критерием для признания иноагентом было именно иностранное финансирование! Свириденко выразил благодарность парламентариям за дополнение в федеральный закон пункта об “иных формах влияния”.

Если бы оставался только этот один критерий (иностранное финансирование), то всего лишь 4% было бы признано иноагентами. Представляете, да? Где были бы все остальные? Мы бы тогда искали эти деньги вместе с Росфинмониторингом, но их там нет. Деньги не нужны — существуют уже другие формы влияния. Свириденко вместе с медийным скандалом ушел с должности заместителя председателя Верховного суда РФ и тотчас же стал заместителем министра юстиции. Именно он подписывает все распоряжения о включении новой жертвы в реестр иностранных агентов. “Иные формы” — гениальная по своей силе и простоте формула, позволяющая обвинить человека в чем угодно без доказательств.

В своих выступлениях в Совете Федерации (и в общем в среде “своих”) министры, заместители министров, прокуроры и генералы теряют всяческую осторожность, открываются откровенно, беспечно и даже с чувством глубокого удовлетворения. Это можно назвать политическим эксгибиционизмом. Психология ассоциирует такое поведение с компенсацией низкой самооценки, стремлением к самоутверждению, желанием почувствовать власть и контроль над реакцией другого человека. Если существуют политические “проститутки” (что сомнений не вызывает), то можно предположить существование политических и бюрократических эксгибиционистов, не так ли?