Владимир Путин во время молебна в Архангельском соборе Московского Кремля, где ранее нашли мощи князя Дмитрия Донского. Раздельные молебны Президент РФ и патриарх РПЦ помолились перед вскрытым саркофагом великого князя Дмитрия Донского в Архангельском соборе Московского Кремля — усыпальнице монархов допетровского времени. И что удивительно — лидеры светской и духовной властей сделали это по отдельности.
Патриарх молился 18 августа в сопровождении группы чиновников и ученых. В своем слове он связал вскрытие средневековой гробницы с «ограждением земли Русской от всякого врага и супостата» и освятил ковчежцы, в которые помещены небольшие фрагменты мощей князя. 20 августа в собор прибыл Путин — молебен для него отслужил патриарший наместник, митрополит Крутицкий и Коломенский Павел (Пономарев). Глава РФ долгих речей говорить не стал, ограничившись загадочным: «Разговаривал со святейшим, знаю о его планах, передавайте ему самые наилучшие пожелания». Согласно официальной хронике, патриарх Кирилл убыл 20 августа на Соловки…
С обстоятельствами обнаружения мощей Дмитрия Донского, канонизированного РПЦ в 1988 году, Путина ознакомил директор Института археологии РАН академик Николай Макаров. Если кратко, в начале лета хранители музеев Московского Кремля заметили, что полы в Архангельском соборе начали аварийно проседать. Чтобы добраться до основания полов, реставраторам пришлось демонтировать кирпичные надгробницы склепа у южной стены собора. В результате открылись три белокаменных саркофага, подписанных как захоронения Дмитрия Донского, его отца, великого князя Ивана II, и угличского князя Дмитрия Жилки. Поскольку на крышке известнякового саркофага Дмитрия Донского имелись поперечные трещины, она могла расколоться и провалиться на останки князя, сотрудники музея взяли патриаршее благословение на вскрытие саркофага.
По словам академика Макарова, открывшиеся мощи сохранились хорошо — они принадлежат «мужчине 35–40 лет, мощного телосложения, рост 175–177 см». На лобной кости князя обнаружили «сильную заросшую травму, от которой он восстановился». Мощи представлены в основном в виде костей, но имеются и высохшие фрагменты мягких тканей. Отсутствует лишь часть пяточной кости. Несмотря на то что останки канонизированного князя считаются святыней, часть тканей отправлена на исследование в палеогенетическую лабораторию образовательного центра «Сириус» в Сочи.
Глава «военного» отдела РПЦ митрополит Кирилл (Покровский) пообещал, что один из освященных патриархом ковчежцев с частицей мощей Дмитрия Донского будет немедленно доставлен в зону СВО. Он прямо связал «чудо обретения мощей» с «заступлением нашему воинству». Это «должно привести в ближайшее время к победе, — сказал Кирилл. — Это великий знак заступления Божия о нашей стране».
В современной российской исторической мифологии образ Дмитрия Донского не столь ярок, как образ Александра Невского — его прадеда. Любопытно, что тот же патриарх Кирилл хвалит Невского за «мудрый» выбор Золотой Орды в противостоянии с Западом, а Донского — за победу над Ордой. Впрочем, русская средневековой история в целом и биография Дмитрия Донского в частности дают очень много поводов для такой «диалектики». По-настоящему полновесным миф о Дмитрии Донском стал, как это ни странно, при Сталине, в годы Великой Отечественной войны.
Если отвлечься от жития и обратиться к научным данным, картина окажется не столь лучезарной. Живущий в Праге диакон Андрей Кураев* поделился страницами своей еще не изданной книги, посвященной символике «Главного храма ВС РФ». В XIV веке князья умирали (погибали) рано — Дмитрий Иванович занял номинально Владимирский, а фактически Московский престол в девятилетнем возрасте по завещанию отца, умершего в возрасте 33 лет. Его регентом стал номинально Киевский, а фактически Московский митрополит Алексий, чьи мощи Сталин милостиво вернул после войны Московской патриархии, которая поместила их в Елоховском соборе.
Помимо битвы на Куликовом поле Дмитрий участвовал во множестве войн, но все они были — в современных представлениях — междоусобными. Собственно, даже Куликовская битва имела некоторые признаки междоусобицы — во всяком случае, влиятельнейшие Рязанский князь Олег и Тверской князь Михаил Дмитрия не поддержали и сохранили нейтралитет. 12-летним отроком, по свидетельствам летописей, Дмитрий уже «ходил ратью на Суждаль», позже воевал с великими княжествами Тверским, Рязанским, с Новгородом, Волжской Булгарией, мордвой, Великим княжеством Литовским…
Самый тяжелый удар по «канонической» репутации князя наносит тот факт, что в момент Куликовской битвы св. Дмитрий находился в расколе и даже под анафемой митрополита всея Руси.
