«Это было», – сказала Память. «Этого не могло быть», – сказала Гордость. И память сдалась.

«В истории каждой семьи что-то было хорошо, что-то – не очень. Возможно, есть то, о чем говорят, и то, о чем молчат. Что случалось с родственниками, как они поступали… Не все воспоминания приятны. В истории Родины, конечно, тоже не всё было прекрасно. И случалось с родиной в ее истории всякое, и поступала она по-разному. В том числе со своими гражданами. И, конечно, не все события в родной истории радуют. Какие-то пугают, какие-то другие озадачивают, приводят в смятение, заставляя думать неправильные мысли.

А если история предка трагична из-за того, как с ним поступила Родина? Скажем, при Ленине или при Сталине. Если время было трагическое, если политический режим в стране был деструктивным? И если сейчас на дворе такое время, когда о вине государства перед вашим предком говорить… ну, может, пока не преступление, но очень плохой тон. Дескать, стыдно в чем-то винить страну, которая всегда была и остается лучшей в мире. И даже подозрительно. Уж не русофоб ли вы?

И вот он, конфликт лояльности. Вы – на стороне своего предка? Тогда вы признаете трагизм эпохи, в которую он жил, и преступность режима, сломавшего его жизнь. Или, сохраняя лояльность существующему политическому порядку, вы начинаете чтить тех персонажей, которые для этого порядка вновь стали кумирами? Например, Сталина.

У меня небольшой выбор – за дедушку, которого расстреляли, – мочить Сталина и отрицать его роль в победе в Великой Отечественной войне, как делают это либералы?

Памятник Сталину в Великих Луках. Фото: Елена Вах / Коммерсантъ.

И вот в головах людей – две истории, две памяти: с преступлениями сталинизма и без них. А что, наоборот, «за Сталина мочить дедушку?».

Честно говоря, если меня спросить: «Ты за Сталина или за своего деда?» – без колебаний отвечу, что я – за деда. Я не хочу отдавать своего давно покойного дедушку в жертву в очередной раз подкорректированной, «правильной» памяти.

Сейчас в интернете много инструментов для корректировки