Псковский суд приговорил Льва Шлосберга, 63-летнего заместителя председателя либеральной партии “Яблоко”, к 11 годам и одному месяцу в колонии-поселении по обвинениям в систематическом “дискредите” российскую армию и распространении “фейковых новостей” о военных. Формальными предлогами для преследования его стали его участие в дебатах и репост обложки Daily Mirror с изображением Владимира Путина. Шлосберг – один из немногих российских политиков, которые публично выступали против войны в Украине, оставаясь при этом в России. В своем заключительном слове он говорил о необходимости прекращения боевых действий между двумя странами (хотя судья постоянно его перебивал). Вот, как на приговор Шлосбергу отреагировали сам Шлосберг, его коллеги из партии, другие политики и журналисты.
Предупреждение: данный текст содержит нецензурную лексику.
Лев Шлосберг:
Сожалею о вас, ваша честь: вам придется жить с этим решением. Бог простит [вас].
Зрители в зале суда:
Николай Рыбаков (председатель “Яблоко”) и Григорий Явлинский (основатель “Яблоко”):
Угроза 11 лет в колонии-поселении за то, что он сказал, что нужно договориться о перемирии, чтобы спасти человеческие жизни, за то, что он критиковал губернатора за его плохое управление Псковской областью, за любовь к своей Родине, и за то, что он не хочет эмигрировать – это трагедия того, как российская юстиция заканчивает свое существование.
“Яблоко” будет использовать все законные средства для поиска справедливости и нормального судебного процесса – чтобы прекратить преследование Льва Шлосберга.
Катерина Гордеева, журналист:
В конце концов, тюремный приговор – это всего лишь абстрактное число. Люди, которые сочинили эти числа для Шлосберга, лишены того, что отличает Льва Марковича: любви, чести, чувства долга. И, прежде всего, им не хватает любящих, надежных людей рядом с ними. […] Однажды свет победит.
Леонид Волков, руководитель политических проектов Фонда против коррупции, основанного Алексеем Навальным:
Абсолютно кошмарный приговор, вынесенный Льву Шлосбергу, становится еще более кошмарным от того, что он был полностью ожидаемым. И от того, что в 2026 году уже никого не удивляет, что слова несут гораздо больше времени в тюрьме, чем убийство, что режиму нет разницы, какого толка оппозиционер вы – что любой хлам может служить “доказательством” на суде. Ради всех политических заключенных режим Путина должен быть уничтожен как можно скорее.
Андрей Пивоваров, член Антивоенного комитета:
Вопрос о власти в России будет решен намного раньше, чем закончится срок приговора Шлосбергу. Пусть Бог дает Шлосбергу дожить до этого момента и выдержать до тех пор – он дает возможность не только Пскову, но и всем нам дышать свободным воздухом.
Александр Кынев, политолог:
Нет смысла комментировать решение. Каждому ясно, что здесь происходит. Уважаемый Лев Маркович, с глубочайшим уважением к вам. Очень надеюсь, что мы еще увидимся.
Роман Доброхотов, главный редактор расследовательского издания The Insider:
К счастью, Шлосбергу не придется отбывать 11 лет, потому что ядовитая жаба не продержится так долго на нефтяно-газовой трубе. Но это печальные новости, и это еще один сигнал для тех, кто хотел идти посередине пути: такого пути больше нет и не будет. Это другой режим, и его нужно бороться другими методами.
Дмитрий Колезев, журналист:
Чертовски безчеловечные ублюдки – что можно сказать.
Борис Надеждин, политик:
Он вынесли [11 лет] за слова. Некоторые убийцы и насильники получают меньше.
Екатерина Дунцова, политик:
Я воспринимаю этот суровый приговор как акт прямого возмездия за его честность, за открытое положение, которое он придерживался многие годы, и за принципиальное отказывается молчать. Очевидно, что они мстят Льву Шлосбергу за то, что он последовательно остается голосом разума, продолжает называть вещи своими именами и выступает за мир. […] Такой колоссальный приговор за слова и убеждения отражает все тяжесть и темноту того, что происходит.
Ксения Фадеева, бывший координатор штаба кампании Алексея Навального в Томске:
Монстрозный приговор. Одиннадцать лет Шлосбергу – культурному человеку, а не какому-то радикалу – за его выступление против войны. Его судили для показухи, не соблюдая не только уголовно-процессуальные нормы, но даже самые основные правила приличия: торопление, не дающее ему подготовиться, и отказ адвокату просмотреть материалы дела.
Часто вижу комментарии вроде “Он не просидит так много; режим закончится раньше”. […] Когда посадили Навального, также обычно говорили: “Путин этот приговор написал себе; Алексей никогда действительно не отсидит 19 лет”. Ну да, он не отсидел 19 лет. Но, к сожалению, это не потому что режим изменился. И даже если ты не номерной враг тирана, и никто не решил отравить тебя ядом прямо там, в одиночной камере, русские тюрьмы способны разрушить здоровье даже молодого, сильного человека.
Маша Слоним, журналист:
Весь день я задумываюсь, почему мы уже не перестаем удивляться. Имею в виду себя, конечно, но уверена, что не была единственной, кто все еще цеплялся за осколок надежды: надежды, что Шлосберга не посадят на столь монструозный срок, что решение об исключении “Яблока” из списка кандидатов будет отменено. Нет, я понимаю, что это звездно-наивное идеализм, наивность, идиотство.
Но как жить без этого? И как я ненавижу мысль, что стану циником, как все вокруг меня – ну, почти все.
Глупая старая женщина, говорю себе.
Да, глупая женщина, скажет каждый, кто это прочтет.
Но как бесконечно жаль мне Шлосберга. И надежды на демократию в России – надежда, убитая давным-давно. И за демократию, и за надежду…
Дмитрий Гудков, член Антивоенного комитета:
Одиннадцать лет и один месяц (!). Больше, чем за убийство, больше, чем за групповое изнасилование с угрозой убийства, больше, чем за похищение, и больше, чем за грабеж. Что можно сказать об этом? Что они полностью потеряли рассудок там? Ну да, это случилось давно. Эти воры и убийцы развязали полноценную войну против Украины, в которой количество погибших и раненых уже превысило миллион. И рано или поздно за все это придется ответить. У них не осталось 11 лет, и я желаю Льву Шлосбергу сил преодолеть все это.
Юрий Дудь, журналист и видеоблоггер:
Российского патриота, пацифиста, храброго и доброго человека, который на протяжении войны призывал немедленно ее остановить – отправили в лагерь. […] Льву Шлосбергу и его семье: терпения и силы. Если есть хоть какой-то источник света и силы в этом бесконечном ужасе, то это в людях, подобных вам.
Антон Долин, кинокритик:
В моих глазах Лев – героическая фигура. Аттикус Финч. Заседатель № 8 из “12 разгневанных мужчин”. Любой аргумент о том, что его слова за последние несколько лет были каким-то образом “неверными”, кажется мне пустым и дешевым. […]
Каждый раз все сложнее находить слова даже для самых скандальных случаев, как этот. Прежде всего, чем громче вы говорите и чем громче кричите, тем меньше это впечатляет – ни вас, ни кого-либо еще. Нет смысла поднимать голос.
Во-вторых, невозможно делать вид, что это – приговор Шлосбергу, например – дно, что больше нечего терять. Дно было 24 февраля 2022 года. Абсолютное дно; ниже уже некуда. Все, что произошло с тех пор, было логичным, предсказуемым и неизбежным.