В зоопарке Карелии погиб белохвостый орел, внесенный в Красную книгу России как исчезающий вид, спустя несколько месяцев после того, как его обнаружили в июне с огнестрельным ранением около Смоленска. Спасатели дикой природы заявили, что на получение необходимых документов от властей для лечения птицы потребовалось 50 дней. В посте в социальных сетях зоопарка 9 августа говорилось:

На протяжении 50 дней (!) раненая птица ждала медицинской помощи. За это время рана начала гноиться, и невозвратные процессы начались. Каждый день задержки лишал шанса на выживание. К моменту, когда необходимые документы наконец были получены, времени по сути не осталось.

Правила Росприроднадзора требуют от того, кто находит животное из Красной книги, нуждающееся в лечении, сначала “принять срочные меры по помощи”, затем сообщить о находке в агентство и запросить разрешение у центрального офиса на временное содержание животного для лечения. Пункт 34 регламента Росприроднадзора гласит, что такие запросы должны быть “немедленно” направлены к директору агентства или его заместителю, который должен подписать и отправить телеграмму, предоставляющую разрешение заявителю в тот же день. В регламенте также говорится, что центральный офис обязан “немедленно” сообщить свое решение.

Орла, у которого были ранения от огнестрельного оружия на крыльях, подобрали в Вышнем районе Смоленской области в середине июня. В эфире программы “Вести-Смоленск” говорилось, что птица “пришла сама к домам” в одно из местных поселений, что побудило жителей обратиться в фонд спасения диких птиц “АистЯша”, открытый в 2025 году Андреем и Еленой Давыденко в деревне около Смоленска.

Спасатели дикой природы назвали орла Принцем Вяземским и доставили его к ветеринарам. В постах в социальных сетях фонда было сказано, что одно из крыльев птицы имело обшивной порез, а в другом запечатлен пуля; в местной клинике извлекли пулю и выписали лечение от оловянного отравления. В одном из первых постов, 13 июня, “АистЯша” сообщила, что “сообщила о ситуации в полицию, уведомила Росприроднадзор и информировала лесное министерство”.

Сотрудники “АистЯша” с самого начала говорили, что птицу нужно отправить в место с высококвалифицированной медицинской помощью и подходящими условиями, назвав Московский зоопарк. “Сейчас мы готовим документы для транспортировки в Московский зоопарк, потому что мы, конечно… не можем обеспечить ему условия, которые ему нужны, которые он заслуживает. Потому что это просто огромный орел с размахом крыльев 2,5 метра”, – сказал Андрей Давыденко 15 июня. Судя по его замечаниям, он уже достиг соглашения с Московским зоопарком.

19 июня Давыденко сообщил, что состояние птицы “стабилизировалось, более или менее”, но что она “нуждается в срочной транспортировке к специалистам”, чтобы лечить ее раненое крыло. Государственное телевидение осветило Принца Вяземского в программе “Вести-Смоленск” 24 июня, отметив, что “составление необходимого пакета документов – самая сложная часть” и что “без направления от Росприроднадзора движение Принца невозможно”. “Принц Вяземский больше никогда не полетит, но если его крыло можно спасти, орел сможет жить безопасно и долго в Москве, под присмотром специалистов зоопарка”, – заключили журналисты.

“AистЯша” заявил 30 июня, что “от Росприроднадзора нет никакого ответа”:
Мы уже не знаем, что думать; это более двух недель неопределенности. Птица нуждается в срочной помощи, которая, скорее всего, сейчас не принесет пользы: если бы документы были обработаны своевременно, или если бы кто-то хотя бы позвонил директору МосЗоо и орел было бы прооперирован, крыло могло бы быть выпрямлено и спасено; сейчас, в лучшем случае, оно останется навсегда загнуто или потребуется ампутация.

“Росприроднадзор” наконец ответил в начале июля, сообщил фонд, после того как депутат Государственной думы Владимир Бурматов, которому фонд написал “в отчаянии” еще в июне, обратился в агентство. Письмо Бурматова, согласно опубликованным документам, датировано 24 июня. 1 июля Станислав Стефаненко, руководитель межрегионального департамента Росприроднадзора по Московской и Смоленской областям, направил заместителю руководителя агентства Татьяне Кузнецовой запрос на разрешение оказать помощь орлу. Более чем через две недели, 17 июля, “АистЯша” опубликовал ответ Росприроднадзора, санкционирующий транспортировку орла из Красной книги в Московский зоопарк.

Однако уже на следующий день фонд попросил своих подписчиков помочь в транспортировке Принца Вяземского и двух аистов в совершенно другое направление – в Санкт-Петербург, дом находится в ветеринарной клинике “Чижик-Пыжик”, которая занимается лечением птиц. Отвечая на вопросы подписчиков на ВК, Давыденко сказал, что Московский зоопарк “долго думает”, и что птица вместо этого поедет в зоопарк Карелии, с которым он договорился. Он также сказал, что переработал документы в “Росприроднадзор”, запрошенные разрешение на транспортировку редкой птицы в Карелию.

На момент публикации Московский зоопарк не прокомментировал ситуацию с раненым орлом или любые возможные договоренности с фондом “АистЯша”.
На момент 2 августа фонд всё еще ждал, когда Росприроднадзор внесет “небольшие поправки в документы для официальной регистрации орла на новом месте”. Похоже, что эти поправки были внесены вскоре после: примерно через 50 дней после того, как птица попала под опеку спасателей, фонд сообщил 5 августа, что орел и аисты прибыли в клинику в Санкт-Петербурге и отправились в зоопарк после обследования. В новом сюжете на региональном государственном канале GTRK Смоленск Андрей Давыденко пожаловался на “бюрократические задержки с разрешением, актом о захвате и направлениями”, которые помешали орлу получить помощь вовремя. “С момента прибытия птицы до получения документов прошли 50 дней”, – сказал он.

Фонд поделился новостью 6 августа, что, согласно обследованию клиники, орел Принц Вяземский “оказался прекрасной леди”, и что птица уже направляется в зоопарк, где ее ждут “сказочные условия”.
Однако зоопарк Карелии сообщил 8 августа, что птица умерла, связав смерть с чрезмерно долгим ожиданием необходимых документов. Опубликованное видео включает замечания ветеринара из клиники в Санкт-Петербурге, который говорит, что орел перенес операцию и ему назначили лечение после начала некроза мышц. Затем в дикторе говорится, что “последствия чрезмерно долгого ожидания оказались необратимыми” и что “сотрудники зоопарка Карелии и ветеринарные специалисты сделали все возможное, чтобы облегчить ее страдания и оказать заботу в ее последние дни”.

На момент публикации Росприроднадзор не прокомментировал ситуацию с орлом.