На прошлой неделе Росстат опубликовал видимо обнадеживающие новости о состоянии экономики: ВВП России вырос на 1,3% по сравнению с прошлым годом во втором квартале, после снижения на 0,2% за первые три месяца 2026 года. Этот результат даже превзошел ожидания Центрального банка России и Министерства экономического развития. Но говорить о восстановлении экономики пока рано: квартальный рост был обусловлен временными факторами. Почему мало оснований ожидать, что восстановление станет долгосрочной тенденцией? Как анализ перспектив России привел к увольнению одного из самых уважаемых экономистов страны? И какие риски несет растущая дыра в бюджете?

Почему экономика выросла во втором квартале – и какие проблемы остаются налицо

Как отмечалось ранее, временные факторы в значительной степени обусловили рост ВВП на 1,3%, зафиксированный в апреле-июне 2026 года.

1. Календарь. Второй квартал имел на 5% больше рабочих дней, чем аналогичный период в 2025 году – 62 по сравнению со 59.
2. Высокие военные и правительственные расходы. Федеральный бюджет потратил 11,5 триллионов рублей за три месяца, что больше, чем около 10 триллионов рублей во втором квартале 2025 года, примерно на 13%. Государственные закупки, включая государственный оборонный заказ, выросли на 38,5% по сравнению с апрелем-июнем прошлого года.
3. Несколько секторов показали рост. Например, строительство сократило свое ежегодное падение до 1,6%, после падения на 10% в первом квартале. Рост оборота розничной торговли удвоился. Оборот оптовой торговли вернулся к росту на 2,4% после снижения на 0,5% в январе-марте. То же самое справедливо для оборота грузов.
4. Рост промышленного производства также ускорился во втором квартале, поднявшись до 0,6% с 0,3% в первом. Военно-промышленный комплекс, обеспеченный заказами, не позволяет сектору сокращаться, в то время как снижение добычи нефти и спад гражданских отраслей тянут его вниз. Гражданские отрасли продолжают бороться из-за двухзначной ключевой ставки Центрального банка России в 14%, который регулятор не может снизить быстрее из-за уровня инфляции около 6% ежегодно. Производство гражданских товаров, за исключением нефтяной отрасли, сократилось на 2,1% в июне и остается почти на 4% ниже среднемесячного уровня 2024 года, согласно данным ЦМАКП.

Статует, что эффекты ударов украинских дронов по российским нефтеперерабатывающим заводам – что вызвало нехватку бензина по всей стране – и склады, принадлежащие Wildberries, вероятно, проявятся только в данных третьего квартала 2026 года.

После публикации Росстата своих данных, Министерство экономического развития повысило свою оценку роста ВВП за первое полугодие с 0,3% до 0,6%. Но рано делать более широкие выводы из тренда: аналитики Райффайзенбанка считают, что рост во второй половине года, скорее всего, замедлится, так как восстановление кажется временным.

В мае Минэкономразвития уменьшило прогноз роста ВВП 2026 года втрое, с 1,3% до 0,4%. Центральный банк России, в июле, прогнозировал рост от 0 до 1%. Это означает, что экономика предположительно не превзойдет 2025 год, когда рост был ограничен 1% после двух последовательных лет роста более 4%, подкрепленных экстраординарными военными расходами.

Как разговор о проблемах экономики стал табу – иллюстрируется увольнением Андрея Клепача с поста главного экономиста Российской государственной корпорации ВЭБ.РФ

Андрей Клепач, бывший заместитель министра экономического развития, был уволен с должности главного экономиста в ВЭБ.РФ после того, как СМИ обратили внимание на его замечания, сделанные в мае на встрече Никитского клуба на Московской бирже. Увольнение подчеркнуло как актуальность текущих проблем экономики, так и не желание властей признать войну как основную причину.

Клепач ничего радикального не сказал – он просто отметил очевидное. Половину замедления экономического роста, сказал он, вызвала чрезвычайно жесткая денежная политика, приведшая к снижению инвестиций и в сочетании с уменьшением субсидируемого кредитования, замедлила общий потребительский спрос:

“Я бы сказал, что 50% [замедления экономического роста] обусловлено Центральным банком; примерно 30%, хотя сложно точно рассчитать, обусловлено Министерством промышленности и торговли, потому что мы уступили подавляющую часть рынка автомобилей и дорожной техники китайцам. Китайский импорт составляет почти 50% рынка легковых автомобилей, а включая сборку, более 70%; для грузовых автомобилей – 60%.”

Клепач перечислил цепочку проблем в секторах: технологические и конструктивные недочеты в новом ассортименте отечественных самолетов в гражданском авиастроении; слабый спрос на строительные материалы и металлургию; и дефициты сырья наряду с доминированием импорта в легкой промышленности. И он предупредил: “Несмотря на то что не все барьеры и издержки вызваны политикой Центробанка России; даже при значительном снижении ставки, не будет быстрого роста.”

Клепач прогнозировал, что продолжающаяся война, постоянные санкции, жесткая денежная и бюджетная политика не позволят экономике вырасти быстрее 2-2,5% в год. Россия не выдержит конкуренции в продолжающемся противостоянии с Западом среди риска социального кризиса на родине, заключил он – и именно это стоило ему работы.
…………….

Дефицит в федеральном бюджете остается проблемой для властей – и у них фактически заканчиваются инструменты для пополнения государственной казны

Рост ВВП и захлопывание обсуждения экономических проблем не могут скрыть еще одну проблему: дефицит федерального бюджета увеличился на 724 миллиарда рублей в июле, достигнув 6,455 триллиона рублей — 2,8% ВВП — с начала года. Причиной является неограниченный рост военных расходов. Государственные закупки, включая государственный оборонный заказ, выросли почти на 40% год к году с января по июль до 8,44 триллиона рублей, уже 80% от годового плана.

Выручка от нефти и газа снизилась почти на 16,8%, до 4,6 триллиона рублей. Регулирующий механизм “съел” большую часть “прибыли” России от войны на Ближнем Востоке и закрытия Пролива Ормуз, тогда как экспортная инфраструктура продолжает страдать от украинских военных ударов.

Правительство частично компенсирует недостаток налогами с предприятий и граждан: доход от НДС, увеличившийся за счет повышения ставки до 22%, вырос на 25%, до 9,8 триллиона рублей.

Экономист Сергей Алексашенко, бывший заместитель председателя Центрального банка России и заместитель министра финансов, считает, что общий дефицит федерального бюджета за 2026 год может достигнуть 7–7,5 триллиона рублей. Эта оценка соответствует ожиданиям главного экономиста российского аналитического центра, который беседовал с Meduza.

Вопрос в том, как закрыть эту дыру, эквивалентную примерно 3% ВВП. У Министерства финансов остается немного инструментов. С января по июль оно привлекло 2,3 триллиона рублей за счет заемов на внутреннем рынке государственных облигаций ОФЗ, которые покупают государственные банки, но было вынуждено приостановить размещение облигаций из-за высоких ставок около 16%. Обслуживание внутреннего государственного долга, другими словами, стало очень дорогим для бюджета: уже пятая по величине строка в плановых федеральных расходах, почти 9% ВВП.

Министерство финансов также изымало почти 460 миллиардов рублей из Национального фонда благосостояния, получило около 200 миллиардов рублей от продажи национализированных активов и финансировало еще 3,5 триллиона рублей за счет снятия средств Трезорохранилища, находящихся на банковских счетах и других денежных инструментах.

Иностранные капиталовложения остаются закрытыми для России, поэтому практически нет инструментов для финансирования дефицита: даже больше заемов внутри страны или дальнейшее истощение Национального фонда благосостояния означает риск инфляции в экономике, уже перегретой кризисом с топливом. “Самый невероятный сценарий заключается в том, что Минфин согласится дополнительно сократить пул свободных средств Трезорохранилища (остается чуть более 4,5 триллиона рублей)”, – сказал Алексашенко.

Все эти экономические и бюджетные проблемы в конечном итоге скажутся на обычных россиянах, как предупредил Андрей Клепач в своих теперь известных замечаниях. Прирост реального располагаемого дохода может составить всего 0,6% в 2026 году, и неравенство перестало снижаться: пенсии отстают еще больше от заработных плат, а налоги стремятся сжимать малый и средний бизнес, сказал экономист.