18 июня 2026 года. Президент Ирана Масуд Пезешкиан демонстрирует меморандум о взаимопонимании, подписанный с президентом США Дональдом Трампом. Фото: AP / TASS.
Конфликт между Израилем и Ираном отражает важную тенденцию. Сильные демократические страны часто ошибаются, недооценивая гибкость своих противников. Фактическое военное поражение не всегда означает, что противник готов изменить свою политическую систему. Война против Ирана, рассматриваемая через призму подписанного меморандума, является характерным примером. США и Израиль смогли нанести Иранскому режиму существенный военный ущерб, но после этого столкнулись с тем, что победа на поле боя не означает победу в политической игре.
Рамочный меморандум из 14 пунктов, подписанный президентами США и Ирана, фиксирует не только успех давления на Иран, но также неспособность Запада достичь изменений, которые изменили бы угрозу. Ошибка заключалась в том, что нанесение военного удара было недостаточно для изменения поведения Ирана, так как режим строится на исламском фундаментализме и готовности переносить цену конфликта на собственное население и мировую экономику.
Исходный тезис заключается в том, что одиночная военная операция не была достаточной, поскольку армия Ирана нестандартна и может применять асимметричные методы. Чтобы изменить поведение Ирана, необходима более широкая стратегия, включающая экономическую блокаду и политическую изоляцию. Стратегия должна быть направлена на принуждение к изменениям, а не на простое демонстрирование силы.
Самым значительным ресурсом Ирана оказалась его способность наносить ущерб мировой экономике через контроль над Ормузским заливом. Это стало ключевым фактором, который изменил стратегическую динамику конфликта. В результате Иран смог сохранить свою политическую субъектность и усилить свое влияние на мировом уровне.
Со стороны демократий против диктатур наблюдается асимметрия: демократические страны, такие как США, вынуждены учитывать общественное мнение, в то время как диктаторские режимы, вроде Ирана, могут требовать жертв от населения и продолжать конфликт без существенных внутренних ограничений.
Иран использует Ормуз как главное средство давления и шантажа. Этот морской путь является критически важным для мировой торговли нефтью и газом, что делает его ценным активом для Ирана.
После подписания меморандума начинает проявляться новая политическая реальность, в которой Иран может использовать свое влияние в регионе, включая угрозы на юг Ливана, чтобы оказывать давление на США и их союзников.
США сталкиваются с выбором между компромиссом, контролируемым принуждением и стратегической эскалацией в отношениях с Ираном. Различные пути представляют свои риски и вызовы, от внутренней политики до международной дипломатии и стабильности.
Меморандум о взаимопонимании стал не просто документом, представляющим окончание войны, а новым этапом в конфликте. Он показывает, что цена мира теперь зависит от действий Ирана, что создает новую геополитическую динамику в регионе.
Израиль должен быть осторожен, чтобы его безопасность не стала зависимой от решений других стран и учесть интересы Ирана и его влияние на регион.
В целом, меморандум о взаимопонимании стал слабым компромиссом, который не устранил основных причин конфликта. Он оставляет открытыми вопросы о будущем Ирана и его поведении, подчеркивая сложность ситуации и неоднозначность перспективы мира в регионе.