Фото: Алексей Душутин / «Новая газета».
Есть продолжение Список «Яблока» целиком сняли с выборов в Псковской области — по иску «Родины». А в Калининградской суд принял такой же иск от «Коммунистов России» против «Яблока» 18+. НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ШЛОСБЕРГОМ ЛЬВОМ МАРКОВИЧЕМ ИЛИ КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ШЛОСБЕРГА ЛЬВА МАРКОВИЧА.
Человек в тюрьме каждый день думает о свободе. Изнутри тюрьмы свобода представляется совершенно другой жизнью, смысл которой придает само пребывание на свободе, как бы ни были тяжелы ее условия и обстоятельства. Мечта о свободе — главная мечта человека в тюрьме.
Свобода попадает в тюрьму вместе с человеком, заключенным в тюрьму. Свобода вместе с тобой проходит ворота тюрьмы, обживается в камере, рассматривает решетки на окнах, устраивается на ночлег. Свободу невозможно изъять при обыске, свобода не исчезает со сменой одежды, не пропадает вместе с живым солнечным светом, не рассыпается от звуков тюрьмы, не теряет себя в отсутствии времени. Свобода — это состояние духа, у которого нет материального измерения. Свобода выживает в самых маленьких пространствах, в самой кромешной тьме.
Свобода способна выдержать разлуку и тоску, выстоять в усталости и отчаянии, вынести груз безмерного ожидания. Свобода не предает никого, кто сохраняет свободу внутри себя. Свобода не устает жить. Свобода защищает и спасает человека в тюрьме от уныния, безверия, безволия и утраты надежд. Свобода взращивает в человеке иммунитет от обессмысливания жизни. Свобода помогает сохранить любовь.
Свобода человека в тюрьме — это свобода воли быть собой внутри себя, сохраняя свободу в себе и не впуская в себя несвободу. Свобода внутри себя в тюрьме не абстрактна, а конкретна. Ты думаешь о том, о чем хочешь думать. Читаешь книги, которые хочешь читать. Пишешь то, что считаешь нужным писать. Переписываешься с людьми, с которыми хочешь общаться, будучи разделенным с ними в пространстве. Ты сам определяешь и заполняешь пространство свободы внутри себя.
Вместе с человеком, пребывающим в тюрьме, испытание несвободой проходят родные и друзья — все те, для кого твоя несвобода стала частью их несвободы, потому что им остро не хватает тебя рядом, потому что ты сам — часть их свободы. Общее проживание несвободы проясняет состояние души, обостряет чувства, кристаллизирует ценности.
Несвобода, вставая между любящими людьми, усиливает в них магнит взаимного притяжения. Это бывает очень больно. Но то, что болит, — живо.
В русском языке соседствуют два слова — «свобода» и «воля». Оба слова имеют как личное, так и общественное преломление. Сторонники антинаучных теорий об исторической предрасположенности России к рабству будут, возможно, удивлены, но и свобода, и воля — органичные для русского языка слова и естественные для русского сознания понятия — всеми своими корнями Россия уходит в свободу и волю.
«Свобода» — общеславянское слово индоевропейского происхождения. Его праславянская форма: svoboda. Корневая структура слова состоит из элемента svo- (свой, собственный) и корня -bod. Этимология слова дискуссионна. Старославянское «свобода» совпадает по звучанию с польским, чешским, украинским и болгарским, а в двух последних случаях совпадает и по написанию.
Буквальное первоначальное значение слова «свобода» — свое бытие, собственное состояние, принадлежность к своему роду (племени), противопоставление рабству. В древнерусском и старославянском языке свобода первоначально означала состояние человека, принадлежащего к свободному сословию, — не раба, не крепостного. Значение слова «свобода» развивалось в течение веков. От противопоставления рабству — к статусу свободного человека, от него — к отсутствию принуждения и зависимости, далее — к независимости в рамках закона — политической и гражданской свободе, и, наконец, к современному значению — личная свобода и права человека, свобода как право, закрепленное законом, то есть свобода в рамках общественного договора.
«Воля» — также общеславянское слово индоевропейского происхождения, его праславянская форма: volja. Праиндоевропейский корень этого слова: wel-/wol- со значениями «желать», «выбирать».
Старославянскому воля родственны слова в других языках: wola в польском, vole в чешском, valia в литовском, will (означающее также «волю, желание») в английском, Wille в немецком, а до того velle — в латинском.
Значение слова «воля» от изначального — способности желать, хотеть — развивалось в сторону свободы выбора и действия, к независимости, неограниченной свободе и раздолью. В русской речи воля — это простор, безграничное пространство без внешних ограничений, возможность человека действовать по своему желанию. Слова «воля» и «свобода» глубоко укоренены в русской культурной традиции, в первую очередь в поэзии как самой чувствительной части литературы.
Со словом «воля» в русском языке неразрывно связано слово (и понятие) «вольность». Александр Радищев написал оду «Вольность», родившуюся в тесной связи с «Путешествием из Петербурга в Москву» (около 1783), в которых автор с ужасом и страданием описывает жестокость и несправедливость российского жизнеустройства той эпохи. Восемнадцатилетний Александр Пушкин открыто следует традиции Радищева и, уязвленный картинами «барства дикого», пишет свою оду «Вольность» (1817), немедленно запрещенную к распространению, впервые полностью увидевшую свет в 1856 году за границей (почти через 20 лет после смерти Пушкина), а в России — еще позже. «Свободы сеятель пустынный…» — говорит о себе повзрослевший Пушкин в 1823 году.
Слово «свобода» было одним из ключевых в поэзии Александра Блока: «Внемлю голосу свободы…», «Свобода смотрит в синеву…», «Ты знаешь ли тайну свободы…», «Бежим, бежим, дитя свободы…». О свободе писали Константин Бальмонт («Праздник свободы»), Велимир Хлебников («Свобода приходит нагая…»), Георгий Чулков («Тайная свобода»), Борис Пастернак («Наконец-то повеяла мне золотая свобода…»). Русская литература наполнена волей, вольностью и свободой как воздухом, как мечтой, как идеалом общественного устройства и естественного уклада человеческой жизни.
В отличие от воли и свободы, слово «тюрьма» в русском языке является заимствованным, его точный источник до сих пор остается предметом научной дискуссии. Основной является версия о заимствовании из тюркских языков, где существовало слово turm — темница, место заключения. Оно фиксируется уже в XI веке у Махмуда Аль-Кашкари и происходит от глагола tur — класть, помещать. Буквальное значение слова — помещение (место, куда кладут).
Параллели этого слова сохраняются и в живых языках — татарском (turm), алтайском и киргизском — turm, все — со значением слова «тюрьма». Одна из традиционных этимологических гипотез связывает русское слово «тюрьма» с германо-романской линией: средневерхненемецким turm/turn — «башня», восходящим через старофранцузское torn/tor к латинскому turris — «башня». По этой версии тюрьма буквально означает башня, поскольку башня замка служила типичным местом заключения в средневековой Европе.
В Псково-Печерском Свято-Успенском монастыре есть маленькая Тюремная башня, построенная в крепостной стене справа от главного входа в монастырь.
В древнерусских источниках слово «тюрьма» фиксируется с XV века — что интересно, в Первой Псковской летописи, а также в Первой и Второй Софийских летописях. Это слово встречается также у протопопа Аввакума. Свобода и воля, несвобода, неволя и тюрьма пересекаются как фундаментальные понятия в жизни человека, как центры притяжения и отталкивания, между которыми проходит вся человеческая жизнь.
Тюрьма и свобода — антиподы. Тюрьма создана как орудие несвободы. Тюрьма задумана как вместилище несвободы. Свобода — изначальна. Тюрьма — рукотворна. Свободу можно назвать Божественным даром. Тюрьма — порождение умышленного действия людей, создавших несвободу.
Обретение свободы, выход на волю в русском сознании всегда означало избавление от гнета бесправия, от унижения человеческого достоинства, выход из неестественного для человека состояния несвободы, неволи. Свобода и воля — естественны и природны. В слове «воля» — шум ветра, воды и листвы, шелест дождя и раскаты грома, искристый снег и солнечный