Советские самолеты были разбиты на захваченном аэродроме. Один немец сидел на крыле И-16, другой его снимал. Фото: архив.

Через полтора часа после приземления У-2 Курносова с мертвым полковником на волейбольную площадку, над Именинским аэродромом пролетел другой самолет. Это был истребитель И-16, маленький и быстрый самолет с открытой кабиной, из которой на разбитые СБ и подбитые танки смотрел летчик с сильным лицом спортсмена, всегда привыкшего побеждать, и тяжелой челюстью. Он также увидел немецкий «Мессершмитт», который приземлился на аэродроме из-за технических неполадок. Генерал-майор Иван Копец, командующий ВВС Западного особого военного округа, был тем летчиком. Генерал Копец осматривал аэродромы один за другим, видел сгоревшие истребители и осознавал, что некоторые из них не успели взлететь. После посещения нескольких аэродромов, он увидел захваченные немцами Ил-2, секретные и новые. Затем он направился к Кобринскому аэродрому.

Подойдя к аэродрому, он увидел И-153 с пробоинами в крыльях, И-16 и другие изувеченные самолеты. Летчики и техники собрались вокруг него. Генерал Копец спросил о майоре Сурине, который, как выяснилось, погиб во время полета на границе. Он узнал о бомбардировках аэродрома и потерях восеми самолетов. Он провел обследование и почти везде видел разрушения и повреждения.

Немецкие самолеты продолжали бомбить аэродромы, и командующий был ошеломлен масштабами разрушений. Он отправил летчиков на аэродром в Пинске, надеясь найти оставшиеся воздушные силы. Вернувшись на аэродром под Минском, генерал Копец встретился с гибелью майора Помбы и столкнулся с приказом на свой арест. Внезапно осознав свою беспомощность, он решил принять решительное действие.

Подавляемый чувством утраты и бессилия, генерал Копец расстался со своей жизнью, застрелившись в своем кабинете. Его конец наступил в момент, когда всё, что он сделал, и все, кого он не смог защитить, вернулись к нему в виде болезненных образов. Следующим сообщением, после трагической новости, было подтверждение сущности и боли за потерю тех, кто боролся не на поле боя, а в небесах.