Священники пацифистских взглядов, оставшиеся в России — в юрисдикции Московского патриархата, редко говорят откровенно о себе. На условиях анонимности мы поговорили с батюшкой, который служит в одном из провинциальных российских городов, — о том, как устроена внутренняя церковная бюрократия, какова степень свободы священника в системе и боятся ли доносов прихожан.

«Считать себя подонком невыносимо» — Отец N, насколько изменилось положение священника в России после 2022 года? — Закрепощение было постепенным, но после 2022 года резко обострилось. Тема СВО стала триггером: стали очень резко бить по рукам тем, кто выступает против. Первым пострадал отец Иоанн Бурдин, который служил в Костромской епархии, и на него донесла прихожанка.

— Она гордится — но она верующая прихожанка, не мешает одно другому? — В душе русского человека соединяются несоединимые вещи. Любовь и война. Убийство и добро. Человек вынужден себя оправдывать. Даже маньяки себя оправдывали чем-то: я не всех убиваю, а только плохих, недостойных жизни.

«Они ищут оправдания своей кровожадности, жестокости. Человеку необходимо самоопределяться за счет унижения другого. Но надо при этом себя как-то оправдать. Вот они и оправдывают. Считать себя подонком невыносимо для человеческой психики. Поэтому нужно сказать: мы правы. Тех, кто считает не так, надо обвинить, объявить врагами народа.

— Насколько избирательны репрессии в церкви? — Из тех 300, кто подписал открытое письмо духовенства против военных действий в марте 2022 года, мне кажется, все уже пострадали.

— Известный старец Наум и его ученики сейчас практически весь епископат. Даже их называли за глаза «сектой «Наум Сенрикё». Они влияют на епископат.

Среди психопатов самые распространенные профессии это силовики и священники. Психопаты пытаются церковь превратить в армию. В силовую структуру.

— Ну и силовиков много пришло в церковь. — Это кошмар. Я много военных знаю, которые пришли в церковь, у них есть эмпатия, искренне верующие люди, но профдеформация все равно сказывается.

— Почему их так много пришло? — Потому что им некуда было деться.

«Теперь с храма — по миллиону в месяц» — Когда началось закрепощение священников? — Закрепощение, когда священник на приходе потерял самостоятельность, началось с избранием Патриарха Кирилла — он упразднил самостоятельность приходов.

— Зачем? — Не знаю. Просто чтобы людей держать в узде. Священникам запретили работать. Чашу терпения начальства переполнило то, что он подписал письмо еще и в поддержку Уминского.

Священники остались без средств к существованию. И они попросили, и Патриарх разрешил работать. Но как священнику работать?

— Что имеется в виду под церковью? — Юридическое лицо РПЦ МП? Мы знаем, сколько церквей просто погибло. Коринфская, Ефесская, Колосская… У меня много знакомых священников, которые думают уезжать, переводиться. Если бы была какая-то альтернатива, многие бы ушли туда. А у нас зачищено всё.

«У нас нет канонов. У нас есть право начальника» — Насколько распространены доносы друг на друга? Вы боитесь? — Уже нет. Ужа.