Фото: Руслан Шамуков / ТАСС.
Европа! Какие сложные чувства вызывает у россиян всё то, что стоит за этим словом. Прекрасное и отвратительное, вожделенное и отталкивающее, образец того, как надо, и образец того, как нельзя. Все знают, что среди нас есть люди, твердо настроенные антиевропейски, и твердо настроенные проевропейски. Но и те, и другие — это два меньшинства. А большинство, точнее массовое сознание большинства, вмещает и совмещает как про-, так и антиевропейские настроения. На поверхность выходят то одни, то другие.
За время специальной военной операции, тянущейся уже более пятидесяти месяцев, постепенно распространилась мысль, что мы столкнулись не с Украиной, а с «коллективным Западом». А Запад — это и есть Европа плюс Америка. Америка была номером один во враждебном россиянам Западе. Но вот неожиданные антиевропейские выступления Трампа посеяли в умах сограждан сомнения: может, не плюс Америка, а минус Америка? И Америка потеряла в их сознании это призовое место.
Но оно не осталось пустым. Европой кто-то должен командовать. На командное место теперь россияне ставят Великобританию или, как у нас ее зовут, Англию. О, насколько она, оказывается, хуже и коварнее, чем Америка! Открылись кладовые памяти, откуда вышли антианглийские, антибританские сантименты ста- и двухсотлетней давности. По всей стране россияне с удовольствием повторяют: «Англичанка гадит!», приписывая эти слова то Гоголю, то какому-то еще авторитету из прошлого. Роль Англии, как она понимается сейчас в российской публике, — это манипулировать Европой, настраивая ее против нас. Европа подчиняется этой воле. Однако сама с нами не воюет. Она, в свою очередь, манипулирует Украиной.
«Левада-центр»* и Лаборатория будущего «Новой газеты» обратились к россиянам с вопросом: Какие решения руководства России в отношении стран Европы, помогающих Украине оружием, вы бы поддержали? Решения, которые исследователи предложили россиянам на выбор, были взяты не из секретных документов Кремля, а из идей, которые, как известно исследователям, встречаются в том же массовом сознании, которому и был адресован вопрос. Было предложено четыре возможных решения. Отвечающим разрешалось выбрать до трех из них.
По сути, мы поставили публику перед задачей самостоятельно выбрать: какой дорогой идти дальше в деле с продолжением, прекращением или развитием военных действий. Итог. Чем меньше человек включен в общение, в гражданскую жизнь, тем меньше у него и желания, и возможностей решать вопросы такого масштаба.
Среди домохозяек затруднившиеся с ответом составили треть. А среди руководящих работников — всего 7%. В среднем вышло 21%. Это нормальный уровень затруднений для вопросов такого характера. Вот какие варианты были предложены на выбор. Читатель тоже вполне может поучаствовать в их обдумывании. Напоминаем: вопрос о том, как России вести себя в отношении европейских стран, помогающих Украине оружием:
– Распространить военные действия на их территории
– Проводить против них отдельные диверсионные действия/гибридную войну
– Пригласить их в посредники по мирному разрешению российско-украинского конфликта
– Устанавливать деловые контакты с партнерами в этих странах
Антиевропейские настроения в ходе СВО сильно выросли. Они казались исследователям безусловно доминирующими. И думалось, что на выбор народа более всего повлияют воинственные угрозы в адрес Европы, звучащие с экрана телевизора. Поэтому ожидалось, что центр тяжести придется на ответ о переносе военных действий на территорию европейских стран. Но оказалось, что даже для тех, кто именно телевидению доверяет более всего (а это почти 40% взрослого населения), этот вариант является наименее подходящим из всех четырех. И в итоге он в целом собрал лишь 16% ответов и занял последнее место.
Вариант с гибридной войной и диверсиями поддержан почти таким же меньшинством — 18%.
Существенно лучше российская общественность встретила предложение искать путь к миру через налаживание деловых отношений с партнерами в этих — пусть и враждебных — странах. За это высказался 31% населения. А первое место занял наиболее радикальный вариант: пригласить именно эти страны в посредники по мирному разрешению конфликта. За это высказались более трети опрошенных (34%).
Общее настроение российской общественности опрос демонстрирует очень внятно: в целом за мирные пути выступают вдвое больше россиян, чем за военные. Представляют интерес различия и сходства в реакциях разных социальных категорий. Мужчины несколько чаще женщин выбирают силовой путь и существенно чаще — «гибридный». Но и среди мужчин главный ответ — превращать врагов в посредников для прекарщения конфликта. Молодые часто отказываются от ответа, но надо отметить неприятие, которое вызывают у студенчества силовые варианты; они поддержаны ими в два раза меньше, чем взрослыми с высшим образованием.
Среди начальников, попадающих в выборку «Левада-центра», отчетливо видны две части с противоположными ориентациями. Одна часть — это те, кто более рьяно, чем всё остальное население, выступают за силовой и в первую очередь прямо военный путь. Другая (в полтора раза более многочисленная) — за мирный вариант. При этом начальники больше всех других выступают за «деловые контакты с партнерами», вероятно, они более других готовы к таким контактам.
Рабочие, служащие, специалисты — активное ядро населения, те, кто совершает основную работу в нашем обществе, — определенно выступают за мирное разрешение российско-украинского конфликта и готовы пригласить страны Европы к его поискам.
Фото: Валерий Шарифулин / ТАСС. Фото: Jens Kalaene / dpa-Zentralbild / dpa.