На 89 году завершился земной путь отца Михаила Ардова – писателя, шутника, фундаменталиста и диссидента. Воспитанный Анной Ахматовой, он не мог терпеть “системы” ни партийно-чекистской, ни патриархальной… “Я вас прошу – никогда в этом не участвуйте! Он был великим христианским святым, а не помощником большевистской банды,” – так заканчивается последняя из проповедей отца Михаила Ардова, прозвучавшая в его построенном на Головинском кладбище храме в Москве. Он произнес это в пасхальные дни 2018 года, в праздник святого Георгия Победоносца. Год от года отец Михаил призывал свою паству защищаться от “победобесия”. Он любил говорить прямо – и земля Российская не признавалась им земным отечеством: “Она на небесах, а здесь после 1917 года Совдепия, теперь вот Эрефия”.

Об истинной России, по мнению Ардова, теперь можно говорить только в религиозной, эсхатологической перспективе. Она ушла в Царство Небесное, где вечно живет все лучшее, что было в истории человечества. А земное время движется только в одну сторону: “Сейчас эпоха постхристианства, и завершится она Вторым Пришествием Господа”. Если применить этот взгляд к категорическому неприятию Московской патриархии, “созданной Сталиным”, либерализма и “ереси экуменизма”, можно ли сказать, что это современный аналог протопопа Аввакума? Но нет, отец Михаил был далек от “огнепального” образа. Он был абсолютно уникален в своем способности органично сочетать радикальное религиозное мировоззрение с открытым, добродушным нравом, легким налетом богемы и бесконечными потоками анекдотов.

Отец Михаил был известен своими яркими оценками явлений жизни, которые он не принимал: так, восстановленный собор в центре Москвы он назвал “храмом Лужка-Строителя”, политическую систему России – “казнокрадократией”, а богатых епископов РПЦ – “олигархиереями”. Когда перед входом на кладбище, где он служил, установили две высокие тумбы для урн с пеплом, отец Михаил предложил украсить их статуями Колумба и Ария (“колумб-арий”). Близкие знакомые отца Михаила вспоминают, прежде всего, его чувство юмора. В своих высказывания Ардов как бы фрондировал с аудиторией, стирая границу между “обличением ереси” и высмеиванием “псевдоцеркви”.

“Я встречал людей, абсолютно лишенных чувства юмора,” – говорил отец Михаил в одном из интервью. “Это некое нравственное уродство. У таких людей всегда мрачное восприятие жизни, они не могут выйти из жизненных ситуаций с улыбкой.” В старых классических церковных кругах всегда существовало чувство юмора, это была некая разрядка. Отцу Михаилу принадлежит заслуга в том, что он смог органично сочетать радикальное религиозное мировоззрение с открытым, добродушным нравом.

Отцу Михаилу с ранних лет было суждено столкнуться с реалиями советского времени. Он родился в самый разгар репрессий – в октябре 1937 года в Москве, в семье писателя-сатирика и актрисы. Его братья – известные актеры. Он окончил журфак МГУ и начал заниматься “литературной поденщиной”. Позже он принял крещение и начал свою священническую деятельность. С самого начала его жизни он был под влиянием Анны Ахматовой, и это сильно повлияло на него.

Отцу Михаилу было известно множество великих людей, среди которых Борис Пастернак, Михаил Зощенко, Иосиф Бродский, Дмитрий Шостакович и Фаина Раневская. Его литературные произведения и его служение в церкви поколебали устои многих. Его последние годы отмечены строительством церкви на Головинском кладбище, а также публицистической деятельностью и служением.

Последний годы жизни отца Михаила были отмечены трудными жизненными обстоятельствами. Он был помещен в пансионат для пожилых, где ему не особо нравилось. Постепенно его здоровье ухудшалось, и он редко появлялся в церкви. Но его жизненный путь и его наставления останутся в сердцах тех, кто его знал и любил.