Фото: Ирина Бужор / Коммерсантъ 18+. НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ИНТЕРНЕТ-ИЗДАНИЕ «НОВАЯ ГАЗЕТА» ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ИНТЕРНЕТ-ИЗДАНИЕ «НОВАЯ ГАЗЕТА» 18+. НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ШЛОСБЕРГОМ ЛЬВОМ МАРКОВИЧЕМ ИЛИ КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ШЛОСБЕРГА ЛЬВА МАРКОВИЧА.
Все эпохи политических затмений кажутся нескончаемыми. Такова особенность исторического сумрака: находясь внутри него, человек не видит края эпохи, поглощающей время жизни одного поколения за другим. Родники надежды практически всегда находятся внутри самой эпохи затмения.
Историческая среда во многом подобна природе, источники жизни в которой соседствуют с угрозами жизни и умиранием отжившего. Эпоха политических затмений возникает не на пустом месте. К ней приводят ошибки и прямые злодеяния людей, имевших властный доступ к источникам света в политике.
В истории всегда соседствуют естественные, неестественные и противоестественные процессы. Мудрость государственного правления состоит в создании условий для естественного, ограничении неестественного и противодействии противоестественному. Природа добра и зла, конечно, богаче и сложнее двуцветной палитры, это предмет отдельного разговора.
В основе своей добро естественно, а зло противоестественно, если исходить из доброго начала и предназначения человека. Сила пороков (вплоть до расчеловечения людей) держится на отсутствии сопротивления им. Пороки тоже основаны на человеческой природе, на пороках держатся самые чудовищные политические воззрения и движения.
Пороки овладевают человеком, когда он утрачивает представление о естественном устройстве социального мира как человеческого сообщества, в основе которого лежит (должно лежать) понимание чуда человеческой жизни. Появляющийся на свет человек открыт для естественной жизни. Самый мощный источник преображения страдающего пороками общества — это новые поколения людей, природное естество которых требует естественных, социально здоровых условий жизни.
В течение более чем 35 лет, фактически с момента своего появления, власти России противодействовали созданию естественных условий для свободной жизни человека: начиная с осени 1991 года, когда после путча и формального распада СССР практически на коленке принимались судьбоносные решения, когда борьба за личную власть стала главной движущей силой политики, которая в очень короткой перспективе оказалась разрушительной и для государства, и для общества.
Гражданское общество, воля которого привела к возможности исторических перемен, последовательно ограничивалось в правах и возможностях с первых месяцев новой российской власти. Власть, будучи спасенной и во многом созданной обществом, изначально повела себя как сила, имеющая право на произвол. Воспользовавшись обществом как щитом и трамплином, новая власть не стала служить обществу, не отказалась от применения лжи и насилия.
Социальная база демократических реформ, сложившаяся из десятков миллионов людей, была разрушена чрезвычайно стремительно. Не придавая значения человеческим последствиям реформ, власти ударили по самому чувствительному источнику своей общественной силы: доверию людей к политикам, их надеждам на человекоцентричность новой государственной политики.
Общественные и политические движения второй половины 1980-х (ещё во времена СССР) и начала 1990-х включали в себя миллионы молодых людей, для которых новое историческое время открыло невиданные ранее возможности, связанные со свободой — точнее, большими надеждами на появление свободы в общественной и личной жизни.
В политической жизни перестроечной эпохи и первого постсоветского десятилетия соседствовали все поколения: от ровесников СССР до студентов, поступивших в советские вузы, а закончивших российские. Желание и ожидание демократических перемен было объединяющим миллионы людей мотивом участия в политической и общественной жизни. У молодежи — мотивом для прихода в политику.
Судьба страны в 1990-е во многом зависела от создания гражданского общества, способного не только влиять на власть, но и становиться властью через открытые свободные демократические институты и процедуры, в первую очередь через выборы.
Демократическое устройство страны требовало политического расставания с СССР, в том числе с губительной советской традицией примата власти над обществом. Это был ключевой вопрос — о государственном приоритете прав и свобод человека, которые должны были стать основой системы государственных политических координат и общественных ценностей.
Фото: агентство «Москва».
Усилия всех состоявшихся поколений социально здорового общества всегда ориентированы на младшие поколения — наиболее многочисленные волны народа, у которых самые длительные жизненные перспективы.
Понятия молодежь и будущее пересекаются в очень высокой степени. Условием полноценного развития страны является свободное — без манипуляций, насилия и страха — участие молодёжи в политике. Молодёжь заинтересована в создании страны для себя — на всю перспективу своей жизни и жизни своих будущих детей.
Около трех десятилетий подряд, начиная со второй половины 1990-х, сутью государственной политики по отношению к молодёжи стало её приручение, выдавливание из молодёжной среды духа свободы, а из молодых людей — самой потребности в свободе.
Это происходило исподволь и долгое время касалось только сферы политики, в которой уже к концу 1990-х годов карьерное продвижение стало тесно связано с лояльностью даже не государству, а конкретным властям, конкретным осуществляющим власть политикам и чиновникам.
Неполитических сфер жизни государственное вмешательство долгое время не касалось. Государство требовало лояльности, как только человек приближался к политике, прямо давая понять молодёжи: если хочешь работать в государственной системе и заниматься политикой — будь готов на любые сделки с совестью, иначе есть другие сферы жизни, кроме политики.
Так создавалось впечатление о политике как аморальной, грязной, неприемлемой для ценностного человека работе.
Для многих молодых людей, не готовых ни к сделкам с совестью, ни к противостоянию с властями, выбор был очевиден. Молодые люди не шли в политику или уходили из политики как из некомфортной, отталкивающей и во многом уже рискованной жизненной среды. Власть это полностью устраивало. Там проходил управляемый неестественный отбор кадров для политики.
Вытеснение молодежи из политики было не единственным, но важным фактором постепенной атрофии гражданского общества.
Фото: Олеся Курпяева / Коммерсантъ.
Есть много прав, о которых человек не задумывается годами, пока его не начинают лишать этих прав. Но есть одно право, о котором человек знает всегда и угрозу которому чувствует немедленно. Это право на жизнь. Угроза жизни — это больше, чем угроза будущему человека. Потеря жизни обрывает всё.
В первой половине 2020-х годов в сознательный возраст вступило поколение, жизнь которого проходит при отсутствии всех полноценных свобод. Но естественное, природное чувство свободы у этих молодых людей есть.Это поколение в значительной своей части оказалось не развращено конформизмом. При разрушении всех базовых прав и свобод человека в стране и появлении очевидной угрозы праву на жизнь в этом поколении проявилась самая мощная движущая сила в истории — воля к жизни.
Воля к жизни отличается от страха за свою жизнь. Страх парализует человека и заставляет его избегать угроз любой ценой. Страх порождает трусость. Воля к жизни — совершенно другое чувство. Она делает человека смелым. Точнее будет сказать, что воля к жизни учит человека преодолевать страх и таким образом становиться сильным.
С преодоления личного страха людей начинается создание гражданского общества. Это — процесс исторической силы и важности.
Сорок лет назад создание гражданского общества в нашей стране тоже происходило через преодоление страха. Но тогда исторический процесс двигался в сторону свободы, в сторону зарождения институтов представительной демократии и гражданского общества. Советская система отступала и распадалась. Освободившиеся общественные силы смогли справиться с попыткой реванша в августе 1991 года, для этого потребовались смелость и самоорганизация.
Открывшееся сорок лет назад окно исторических возможностей появилось благодаря политическим решениям Михаила Горбачёва и энергии широкого общественного движения. Естественные потребности и притязания этого движения не встретили вскоре уважения
