Как в России переписывают историю репрессий. Никита Петров об управлении Сталина, НКВД и работе Судоплатова.

Российские власти всё активнее пересматривают отношение к советским репрессиям.

Меняется язык учебников, появляются новые памятники Сталину, прокуратура пересматривает уже состоявшиеся реабилитации, а некоторые сотрудники советских органов госбезопасности превращаются в героев массовой культуры.

Как работает этот механизм переписывания исторической памяти? Почему прокуратура может отменить реабилитацию спустя десятилетия?

Кого действительно реабилитировали ошибочно, а чьи дела сегодня пересматриваются уже в рамках новой государственной политики памяти?

Об этом говорим с историком Никитой Петровым — исследователем советских репрессий, органов госбезопасности и сталинской эпохи, автором книг «Сталинский питомец — Николай Ежов» и «Кто входил в тройки НКВД».

Национальная библиотека России имеет «закрытый репозиторий разрушительной литературы». В него входят произведения Стивена Хокинга и биография Черчилля — а также украинские бирки собак и цитата Путина.

Россия и Украина второй раз за неделю проводят обмен пленными по формату «10 на 10».