Политический скандал с метанием орденов между Польшей и Украиной показал, что без тектонического сдвига в решении волынского вопроса реальное примирение даже между военными и политическими союзниками невозможно.

Братская могила жертв украинских националистов. Фото: архив.

Волынь — историческая область на северо-западе современной Украины, лежащая между бассейнами Припяти и Западного Буга. Сегодня это, прежде всего, Волынская и Ровенская области, а также части Житомирской, Тернопольской и Хмельницкой. Само название этих земель соревнуется в древности с украинским и соседним польским государством: оно восходит к древнему городу Велынь на Западном Буге и сохранилось до наших дней как географическое обозначение и часть местной идентичности.

Попав туда, оказываешься в неярком краю лесов, рек и тихих дорог. Ничто в сегодняшнем пейзаже не говорит о том, что именно здесь в 1943–1945 годах произошла одна из самых жестоких этнических трагедий Второй мировой войны.

По оценке Института национальной памяти Польши, число погибших поляков на Волыни в результате резни составляет 50–60 тысяч, с учетом жертв в Восточной Галиции — до 80–100 тысяч. Официальная польская историография называет цифру в 100–120 тысяч, украинские историки — 40–60 тысяч.

По прошествии восьмидесяти с лишним лет волынский вопрос снова стал частью европейской политики. Летом 2026 года прошлое вновь столкнуло Киев и Варшаву, показав, что историческая память способна разрушать даже отношения государств, которые сегодня являются союзниками и жизненно нуждаются друг в друге.

Часть I. История: как выглядела преисподняя

Стараясь объяснить запредельную и на любой трезвый взгляд необъяснимую жестокость, проявленную украинской стороной в ходе Волынской резни, историки, социологи и антропологи пытаются выйти за рамки формулы «они просто сошли с ума от ненависти». Это глубочайший и самый сложный пласт трагедии. Исследователи выделяют несколько систем координат, которые в сознании исполнителей легитимизировали происходивший кошмар.

ОУН (Организация украинских националистов) — ультраправое националистическое политическое движение, основанное в 1929 году в Вене. Цель: создание соборного независимого Украинского государства бескомпромиссными, в том числе радикальными и террористическими, методами. Идеология ОУН сочетала элементы фашизма/национал-радикализма того времени (культ вождя, нации как высшей ценности, допущение насилия против «врагов нации»).

Роль ОУН (б) в Волынских событиях 1943 года

Идеология ОУН (Б) исповедовала концепцию «чистой территории»: создание моноэтнического государства, исключающего притязания других наций на спорные земли.

Силовой кулак

Весной 1943 года ОУН (б) сформировала УПА (Украинскую повстанческую армию) как свое боевое крыло; максимальная оценка численности — до 100 тысяч человек.

Приказ к действиям

Руководитель ОУН (б) и УПА на Волыни Дмитрий Клячкивский (Клим Савур) отдал директиву о тотальном выселении и физическом уничтожении польского населения региона, чтобы предотвратить претензии Польши на Волынь после окончания Второй мировой войны.

Существование письменного приказа о «тотальном уничтожении» оспаривается некоторыми украинскими историками (они ссылаются на отсутствие оригинала), однако координация массовых атак, особенно в «Кровавое воскресенье» 11 июля 1943 года, когда были атакованы десятки польских сел, и многочисленные свидетельства подтверждают организованный характер акции.

Архаичная логика «черного передела» и истоки социального взрыва

Многие исследователи — например, польский историк Гжегож Мотыка или профессор Йельского университета Тимоти Снайдер отмечают, что ОУН (б) лишь оседлала и направила дремавшие веками колониальные и социальные обиды украинского крестьянства.

Для волынского крестьянина межвоенного периода польское государство ассоциировалось не с законностью и порядком, а с многослойным угнетением — социальным, национальным и религиозным. Варшава проводила целенаправленную политику, которая шаг за шагом рушила традиционный уклад и доводила местное население до крайней степени отчаяния.

Осадничество (социально-земельный колониализм)

Старт этой программе принудительной колонизации польских «восточных окраин» (кресов) был дан еще в 1920-х годах. В условиях катастрофического аграрного перенаселения Волыни, когда местным украинским крестьянам буквально не хватало земли для пропитания, польские власти бесплатно или на льготных условиях раздавали лучшие угодья, государственные леса и бывшие помещичьи земли осадникам — ветеранам советско-польской войны. Целью программы было искусственно изменить демографический баланс и создать на границе с СССР лояльный заслон. Для волынян осадник, часто снабженный оружием, стал живым символом грабежа и прямой оккупации.

Пацификация (системный государственный террор)

Осенью 1930 года в ответ на саботаж и поджоги со стороны радикалов из ОУН Юзеф Пилсудский санкционировал масштабную военно-полицейскую акцию. Применив принцип коллективной ответственности, польская армия и полиция окружили сотни сел: проводились массовые обыски, уничтожались запасы зерна, разрушались дома, закрывались украинские школы и читальни. Население подвергалось публичным унижениям и порке шомполами, тысячи людей прошли через тюрьмы. «Умиротворение» сожгло последние мосты для легального диалога и радикализировало сельскую молодежь.

Ревиндикация (религиозный нажим)

В конце 1930-х годов давление дошло до духовной сферы. В ходе так называемой ревиндикации (формально — возвращения церковной собственности) польские войска и пограничники силой разрушили или передали Католической церкви десятки и сотни православных храмов на Волыни и Холмщине, лишив крестьян привычного сакрального пространства. Для миллионов верующих это стало глубочайшим оскорблением.

В результате сложилась взрывоопасная смесь из накопленной социальной обиды, земельного голода и религиозной травмы. Радикальные идеологи ОУН (б) умело использовали эту слепую крестьянскую жажду мести и исторической справедливости, упаковав ее в простую и понятную космогонию: «Вся эта земля, леса и хаты — наши по праву крови. Поляки забрали их силой, и забрать обратно их можно только силой».

Именно государственная политика Варшавы 1920–1930-х годов в значительной мере подточила психологический фундамент для разрушения низового добрососедства и способствовала созданию почвы для трагических событий Волынской резни 1943 года.

Часть II. Современность: орденский демарш

История, как мы знаем, имеет свойство возвращаться в виде всё новых кризисов, если ее пытаются замять соображениями текущей выгоды. Именно это произошло в июне 2026 года в отношениях между Киевом и Варшавой.

Зеленский против Навроцкого: хроника пике

В мае 2026 года Владимир Зеленский подписал указ о присвоении подразделению Сил специальных операций «Север» ВСУ почетного наименования имени «Героев УПА». С точки зрения сегодняшнего украинского военного дискурса это логично: УПА для современного Киева — это бренд антисоветского, антироссийского сопротивления, символ борьбы за государственность. Нынешняя украинская армия ищет любые исторические образы отчаянного сопротивления агрессору.

Но для Польши этот шаг стал публичной пощечиной. Президент Кароль Навроцкий — историк, бывший глава Института национальной памяти (IPN), человек, для которого Волынь является личным и профессиональным маркером. Ответ Навроцкого был молниеносным: он предложил лишить Владимира Зеленского ордена Белого орла — высшей государственной награды Польши, которую украинскому лидеру в 2023 году вручал предыдущий президент Анджей Дуда. Зеленский остался верен себе: с присущим ему артистическим драматизмом он упаковал орден в коробку и демонстративно отослал его в канцелярию польского президента, заявив, что считал эту награду принадлежащей всему украинскому народу, а не лично ему.

Хроника «орденского кризиса» (июнь 2026):

Май. Зеленский присваивает подразделению ССО ВСУ имя «Героев УПА».

19 июня. Президент Польши Кароль Навроцкий требует лишить Зеленского ордена Белого орла.

20 июня. Не дожидаясь официального решения орденской капитулы, Зеленский отсылает сам орден в Варшаву.

21 июня. Экс-президенты Украины (Кучма, Ющенко, Порошенко) возвращают свои польские ордена в знак солидарности.

25 июня. Польские политики в ответ массово отказываются от украинских наград.

Дипломатический мост, строившийся с февраля 2022 года на дрожжах искр