На протяжении нескольких недель россияне готовились к национальной блокировке Telegram, самого популярного мессенджера в стране, ожидаемой в начале апреля. Сообщения о таких планах впервые появились в конце февраля, когда RBC ссылалась на источники, близкие к Кремлю, после ряда сбоев в начале того месяца. Однако теперь, кажется, власти опережают график. В уик-энд 14-15 марта пользователи в нескольких регионах сообщили о крупных сбоях, многие не могли использовать мессенджер вообще. Вот что мы знаем на данный момент.

Telegram стал практически недоступен во всей России с начала уик-энда. Как мобильная, так и настольная версии затронуты, пользователи сообщают, что не могут открыть приложение, прочитать сообщения или загрузить фотографии и видео. Эксперты, опрошенные газетой “Коммерсант”, считают, что правительством установленная блокировка, о которой ранее говорили источники и которая, как полагалось, должна была произойти 1 апреля, возможно, уже началась.

Данные от Downdetector и российского сайта для отслеживания сбоев Sboi.rf показывают взрывное увеличение жалоб с субботы. Сбои сообщались в нескольких регионах, включая Москву и Санкт-Петербург. Только в субботу было зарегистрировано почти 6000 жалоб; до воскресенья это число удвоилось до 12000.

Технический эксперт Владислав Войтенко, который пишет для издания “Код Дурова”, сказал, что приложение фактически перестало работать через домашние интернет-соединения – и “о Telegram через мобильный интернет можно забыть”. В городах, где доступны только “белые” сайты, как отметил он, большинство VPN-сервисов не помогут. Алексей Амелькин, президент Ассоциации операторов кабельного телевидения “Макател”, сообщил “Коммерсанту”, что замедления длительное время наблюдались, но жалобы на полную неработоспособность настольной версии были новым явлением.

Жители Москвы также более недели сообщают о широком спектре проблем с интернетом. В некоторых районах связь полностью пропадала, включая мобильную связь. В других местах мобильный интернет работал лишь частично, ограничившись “белыми” сайтами. Такая же ситуация сложилась на публичном Wi-Fi в метро: Telegram, который не в списке разрешенных сайтов, был недоступен. Источник, на который ссылается RBC, связал сбои с тестированием властями системы “белого списка”.

Месяцы сбоев
Сбои не пришли из ниоткуда. Звонки в Telegram – и в WhatsApp – были ограничены с лета 2025 года. 10 февраля 2026 года RBC сообщило, что российские власти решили начать замедлять работу Telegram. Немного позже Роскомнадзор подтвердил, что будет продолжать налагать “постепенные ограничения” для принуждения платформы соблюдать российские законы и “защищать граждан”.

Претензии регулятора включают в себя несоблюдение Telegramом борьбы с мошенничеством и соблюдения местных нормативов. Он требует, чтобы компания разместила серверы в России, обеспечила безопасность персональных данных и создала механизмы по борьбе с экстремизмом и терроризмом.

Слухи о полной блокировке начали распространяться две недели спустя. В конце февраля RBC – а затем The Bell – сообщили, что власти планировали полностью заблокировать Telegram к началу апреля. Профильный телеграм-канал База публиковал подобные заявления примерно в тот же период. Источники сказали RBC, что это решение было связано с сообщениями о росте набора через приложение – включая несовершеннолетних – для незаконных действий. Роскомнадзор сообщил, что не имеет “ничего добавить” к своим предыдущим заявлениям.

24 февраля “Российская газета” и “Комсомольская правда” опубликовали практически идентичные статьи, утверждая, что основатель Telegram Павел Дуров находится под следствием в России за “содействие террористической деятельности”. В отчетах не приводилось никаких доказательств, но утверждалось, что атаки, в результате которых погибли Дарья Дугина и военный блогер Владлен Татарский, были связаны с приложением.

Дуров позже подтвердил, что в России было возбуждено уголовное дело против него. “Каждый день власти придумывают новые предлоги, чтобы ограничить доступ россиян к Telegram, стремясь подавить право на частную жизнь и свободу слова”, – написал он.

Роль Telegram на поле боя добавила новое измерение к конфликту. В середине февраля министр цифрового развития Максут Шадаев заявил, что власти не планируют ограничивать использование приложения российскими войсками, которые используют его для координации операций. Ограничения в других местах вызвали резкую критику со стороны телеграм-каналов, поддерживающих войну.

Кремль потратил годы на создание мессенджера, чтобы заменить Telegram. Теперь якобы говорит солдатам, что замена слишком небезопасна для использования на передовой.

В начале марта Владимир Путин косвенно обратил внимание на этот вопрос. На совещании в Кремле перед Международным женским днем командир отделения связи Ирина Годунова описала Telegram как “враждебный” инструмент общения и потребовала отечественных альтернатив. Путин затем спросил, не порождает ли использование иностранных систем риски для военнослужащих, и Годунова ответила, что да.

Что сказали чиновники

Во вторник Кремль отказался комментировать сбои в работе Telegram, заявив, что пресс-секретарь Дмитрий Песков не в курсе контакта между российскими властями и компанией.

На прошлой неделе, до того как полная блокировка казалась начавшейся, депутат Госдумы Андрей Свинцов предупредил, что после ограничения Telegram “даже через VPN будет лагать”. “Если кто-то думает, что просто скачает VPN и будет продолжать использовать, я боюсь, что ничего не сработает”, – сказал он.

Прежде Песков говорил, что Telegram может избежать блокировки только если будет соблюдать российские законы, поддерживать “гибкие контакты с властями” и “найти решение”. Тем не менее, на конференции в Высшей школе экономики 11 марта пресс-секретарь пожаловался, что Россия “быстро теряет инструменты для проведения пропагандистской работы за рубежом”.

“Мы имеем дело с враждебными социальными сетями, которые доминируют в конкурентном отношении как в СНГ, так и в мировом масштабе”, – сказал он. “Мы не работаем в таких средах – поэтому нам нужно понять, что будем делать дальше. Мы не работаем с Telegram. Так где мы будем распространять наши сообщения? Это что-то, что нам еще предстоит решить”.