«Вы, девушки, – очень мощный дестабилизирующий фактор»

В 2024 году Министерство обороны России запустило эксперимент под названием «Выбор», согласно новому расследованию независимого российского информационного агентства Верстка. Военные набирали волонтеров из женских исправительных колоний в нескольких регионах и направляли их в технические медицинские подразделения для оказания помощи раненым у фронта.

Первая группа осужденных женщин была набрана в начале 2024 года из исправительных колоний Южного федерального округа России. «Мне сказали, что не было никакого отбора и обучения, и там была…типы “Свобода для АУЭ” [запрещенная тюремная субкультура, которая прославляет преступную жизнь]. Им просто сказали: “Хочешь свободу? Подпиши контракт”. Они быстро выбрались. Они самоуничтожались: пьяные случайные выстрелы, граната в укромном убежище, кто-то умер от наркотиков, кто-то был убит из-за ревности… И небольшое количество погибло, выполняя боевые задания», рассказал источник Верстке.

Следующий набор прошел осенью того же года в Иркутской области России, где женщины получили две недели обучения по тактической медицине, проводимое бывшими бойцами российской наемной группы Вагнер. Один из инструкторов отметил, что преданность женщин была “отважной”. В заключительной сессии инструкторы выдали каждой женщине аптечку и посоветовали им никогда не оказываться рядом с передовой.

«Если женщины оказываются в войне, это говорит о том, что в стране серьезные проблемы. Если бы я был командиром и мне сказали, что в мой отряд приводят женщин, я бы боролся против этого любым способом. Вы, девушки, – очень мощный дестабилизирующий фактор. Мужчины находятся в окопах уже третий год, а потом приводят женщин. Гормоны перебьют крышу, и никакой закон и никакое военное положение не смогут удержать все в целости. Это превратится в хаос», – цитировала Верстка одного из инструкторов. Женщины не послушались советов инструкторов, сообщает Верстка.

Источник, знакомый с женщинами, прошедшими курсы, сказал, что их судьбы расходились: «Некоторые окунулись в эту иллюзию свободы и полностью сорвались. Некоторые начали строить себе жизнь. Некоторые уже умерли. Небольшой процент действительно пытался добиться своей свободы добросовестно. Я говорю, прежде всего, о Людмиле».

«Ты зэк, ты этого не достоин!»

Перед своим заключением Людмила Полтаракова занималась айкидо и соревновалась в силовых многоборьях. Она выиграла европейское чемпионство по армлифтингу и получила звание Мастера спорта международного класса. В 2019 году ее приговорили по наркотическим обвинениям и осудили на 15 лет тюрьмы после того, как ее задержали при хранении мефедрона. Она призналась в вине и сказала, что сама не употребляла наркотики, но продавала их за деньги, чтобы помочь брату и сестре. После суда она была переведена под охраной в исправительную колонию № 40 в Иркутской области.

Одна из знакомых Полтараковой описала ее так: «Очень умная, склонна к осознанному риску. Она может подойти к пределу, если продумала каждый ход заранее. Она не думает как женщина и крайне сильна духом, даже по сравнению с моими сослуживцами. Значительное чувство справедливости».

Полтаракова подписала контракт, усердно занималась на подготовительных курсах и прибыла в аннексированную Луганскую область в начале 2025 года вместе с другими женщинами из программы. Ей было поручено службу в 370-м медицинском батальоне, откуда ее отправили в 12-й танковый полк Кантемировской дивизии, входящей в 1-ю танковую армию, как медицинскую сестру. Командир полка, Сергей Житков, известный по кличке Оскол, начал вызывать ее в свой окоп под предлогом медицинских массажей. Первые несколько раз это и было, но позже, по словам Полтараковой, он начал «начал приставать».

«Когда ей отказывали, он начинал кричать, спрашивая, почему ее командир батальона порекомендовал его. Оказалось, что Оскол и [командир 370-го медицинского батальона, Рамазан] Муталипов были старыми друзьями, и именно Муталипов отправил Людмилу к нему, говоря, что она в порядке и что он может ее “использовать”», – рассказала знакомая Полтараковой, передавая ее слова.

Полтаракова позже рассказывала знакомым и военному следователю, что Житков насиловал ее 14 февраля 2025 года и продолжал делать это по крайней мере весь март. Многие из их сослуживцев были свидетелями этих нападений, сказала она. «Весь 12-й полк об этом говорил. И когда однажды в апреле Оскол позвонил в наш укромный убежище и сказал нам пойти предоставить сексуальные услуги командиру дивизии, который пришел к нему в гости, я не выдержала. Я начала кричать, у меня произошла ломка», – сказала Полтаракова в голосовом сообщении другу.

Другие медсестры, которые делили с Полтараковой убежище, стали свидетелями этой сцены, а также военные полицейские, охранявшие их. Согласно Полтараковой, в эту ночь другая женщина была отправлена к Житкову, а саму Полтаракову вернули обратно в 370-й медицинский батальон. Полтаракова подписала заявление, что не имеет претензий к Житкову. Она сделала это добровольно, опасаясь, что публичность «негативно скажется на ее будущей службе и получении награды для удаления ее статуса осужденной», согласно своему показанию, которое изучила Верстка.

В июне 2026 года Полтаракова была ранена и попала в военную больницу, где, по ее словам, начала получать угрожающие звонки с требованием подписать еще одно заявление о том, что у нее нет претензий к Житкову. Затем она подала жалобу на изнасилование заместителю военного прокурора 1-й танковой армии и обнародовала свою историю на проправлительном телеграм-канале.
“Могу сказать, что мы все рабы без прав. Хочешь медаль за ранение? Ты зек, ты этого не достоин! Меня сняли с списка для медали!… Хочешь отпуск после восьми месяцев ада на передовой? Ты зек, ты этого не достоин! Ты просто хочешь отдохнуть в больнице после выживания на передовой? Ты зек, ты этого не достоин! Меня не так часто оскорбляли в колонии, как это происходит в армии”, – сказала она в видеообращении.

После подачи жалобы Полтараковой ей сообщили, что ее отправят на боевое задание – приказ, который она отклонила, полагая, что это попытка избавиться от нее. Она пропала из общения 15 июля, но не до того, как рассказала знакомым, что военная полиция пришла за ней в больницу. Позже Верстка узнала, что Полтаракова жива и на передовой. По Полтараковой открыто уголовное дело за отказ отправиться на боевое задание. Ни за изнасилование, ни за Житкова уголовное дело не было заведено. Житков был повышен в 2025 году до должности временного командира Кантемировской дивизии.

«Чувак подходит ко мне и говорит, что бросит гранату в мой укромный убежище, если я не дам ему», сообщил Полтаракова другому женщине с этой же судьбой. Еще одна бывшая осужденная из Иркутской области, Дарья Чирухина, перестала отвечать на связь в тот же период, что и Полтаракова. Она также была направлена в 370-й медицинский батальон и выступила публично о попытках сексуального насилия.

На стрелковом посту, где она была размещена, кто-то подошел к ней и сказал, что он брат сотрудника ФСБ и что бросит гранату в ее укрытие, если она не поддастся. Кому она должна была обратиться с обращением? – спрашивала Чирухина в телефонном звонке с сержантом-майором. По ее просьбе запись разговора была размещена в военной чат-группе.

Она также жаловалась на высокую нагрузку и проблемы со здоровьем: «Даже в колонии у меня было больше прав, когда дело доходило до моих собственных дел… Я заболела диабетом на передовой. Я обращалась к командованию за медицинской помощью снова и снова, и в течение шести месяцев меня просто отвергали. Наши командиры используют манипуляцию и давление, чтобы заставить меня отказаться от лечения. Когда приходят высшие начальники, они укрывают нас намеренно, чтобы мы не сказали ничего лишнего…»

Другие женщины из исправительных колоний, которые говорили с Версткой, также рассказали о согласованных отношениях на передовой, приведших к появлению детей. «Все становится по-настоящему плохим, когда дело касается детей – дети даже не месяц, как загоняют их от матерей. Я сама отправляла детей [из военных больниц] далеко, и мне до сих пор от этого плохо», – сказала одна из осужденных женщин.

Источники Верстки из числа бывших заключенных говорят, что они знали о по крайней мере трех родах на передовой. Женщинам, родившим детей, грозили отправить их в детский дом, но в конце концов им удалось сдать младенцев родственникам. Затем они продолжали служить «под принуждением», утверждали источники.

Мы придерживаемся прозрачности в использовании искусственного интеллекта в редакции. История, которую вы читаете, была написана одним из наших живых, дышащих журналистов и переведена с русского языка с использованием модели искусственного интеллекта, настроенной в соответствии с