Россия только что дала себе “белый лист” для обхода бюджетных ограничений

10 июня Государственная дума России внесла поправки в Бюджетный кодекс, предоставив правительству возможность превышать федеральные лимиты расходов и заниматься за пределами установленных утвержденным бюджетом.

Законопроект был принят на сильной скорости. Премьер-министр Михаил Мишустин представил его в парламент в начале недели, и уже к середине недели законодатели проголосовали по нему на всех трех чтениях в один день.

Как отметил независимый российский политический бюллетень Faridaily после просмотра видеозаписей дебатов, Андрей Макаров, председатель бюджетного и налогового комитета Госдумы, который недавно выступал в роли голоса здравого смысла на Санкт-Петербургском международном экономическом форуме, открыто признал, что “закон нужен срочно”.

Что именно говорит закон?
Правительство дало себе право на несколько маневров для реагирования на нарастающие бюджетные давления в 2026 году:

Во-первых, кабинет сможет увеличить федеральные расходы сверх запланированных 44,1 триллиона рублей – обходя бюджетное законодательство и без необходимости публичного раскрытия того, как будут использованы дополнительные средства (причем война явно является главным приоритетом).
Во-вторых, ему разрешено брать внутри страны в долг сверх потолка внутреннего государственного долга, установленного тем же бюджетным законом. На практике это означает, что Минфин сможет занимать столько, сколько посчитает нужным.
В-третьих, регионы, столкнувшиеся с нехваткой денежных средств, смогут запросить средства у федерального правительства для покрытия пробелов до следующего месяца, с выдачей кредитов под символический процент в 0,1 процента. Регионам также разрешится не возвращать треть своих бюджетных кредитов до 2030 года (оставшиеся две трети уже списаны). Они смогут потратить все средства, сэкономленные на этих списаниях и реструктуризациях, на войну; ранее, как минимум половина этой суммы была выделена на жилищно-коммунальные нужды.

Почему это происходит? Есть ли кризис?
Российские официальные лица настаивают на том, что его нет. Заместитель министра финансов Ирина Окладникова, представляя поправки в Думе, ответила на утверждение одного из законодателей о том, что министерство повлекло страну в бюджетный кризис, сказав, что закон предназначен именно для “предотвращения” его.

Окладникова отметила, что события, влияющие на доходы и расходы бюджета, теперь происходят “не каждый месяц или квартал, а каждый день”. Для обеспечения бесперебойного финансирования приоритетных секторов – прежде всего военного – правительству необходимо, как она назвала, “поле для маневра”.

Ее начальник, министр финансов Антон Силуанов, ранее объявил о повышении расходов, ссылаясь на ту же “необходимость концентрации дополнительных ресурсов на основных приоритетных направлениях”.

С января по май дефицит бюджета России достиг 6,01 триллиона рублей (2,6 процента ВВП), примерно полтора раза больше годовой цели в 3,8 триллиона (1,6 процента). Темп роста дефицита резко снизился в мае: доходы выросли благодаря повышению цен на нефть – частично поддерживаемому войной в Иране – и увеличению налога на добавленную стоимость, в то время как расходы впервые за этот год замедлились.
Со всем этим общие расходы за первые пять месяцев 2026 года увеличились на 17 процентов по сравнению с прошлым годом, достигнув практически половины годового плана, несмотря на то, что бюджет прогнозировал лишь 4,2 процента роста за весь год.

Следить за этими динамиками станет труднее по новым правилам. По сути, правительство сделало свои расходы менее прозрачными. Некоторая ясность может прийти с проектом бюджета на 2027–2029 годы, который ожидается будет представлен в Думу этой осенью.

Увеличение внутренних заимствований также может иметь негативные стороны, в частности, увеличивая инфляционное давление – на что уже борется Центробанк России.